У Разенета к нему было много вопросов. И он не хотел смотреть богу в глаза, но ему придётся. Он - его чемпион, и они связаны узами союза смертного и бессмертного. Бог должен заботиться о смертном, избегая его смерти, а чемпион - пытаться выжить, чтобы бог победил.
Ишума появился неожиданно, хоть Разенет и ожидал его не менее часа, как показалось Разенету. На деле же могло пройти не более минуты. Просторная комната, ограниченная колоннами из белой кости, за которыми было видно синеватые кирпичи стены, правильная восьмиугольная, метров в десять от стены до стены. Низкий потолок нависал над комнатой, в котором виднелись сквозь голубоватое стекло перевёрнутые свечи, прилипшие к чему-то чёрному над ними. Огонь горел вниз, выбрасывая сквозь стекло сине-зелёные языки, отражающиеся от стекла пола, под которым росла лиловая и пурпурная трава, кое-где из которой росли белые цветы похожие на розы, раскрытые своими пустыми цветами навстречу огню свечей.
Сквозь стены и колонны прошёл он, будто они были отражением, достал из пространства кресло, поставил его и сел на него, перекинув пустую ногу на не менее пустую другую. Из шлема повалил беловатый туман. Шрамы искривились в улыбке.
- Здравствуй, Разенет. - Пророкотал доспех. - Я ждал больше года, чтобы поговорить с тобой. Мой первый ход был бесполезным для нас обоих.
- Что он вообще значил?
-Я сообщил тебе, что вывожу тебя, короля, на доску. - Доспех сказал это тише, чем первые слова приветствия.
- Почему ты убил Ойрану? За что? - Разенет разговаривал всё громче и громче, заглушая свои чувства внутри, толкавшие растерзать доспех, разбить, расплавить его.
- Так было нужно. Мы играем в Игру, и чувства недопустимы для чемпионов.
- Вы чудовища! - Разенет сорвался на крик. - Люди для вас ничего не значат! Вы играете в Игру!
- Заканчивай кричать. - Доспех подлетел к Разенету и вдарил ему пощёчину, что тот полетел в стену, отскочил от неё и упал на пол. Цветок в тени Разенета тут же увял, превратившись в чёрный сморщенный плод. - Я здесь не для того, чтобы ты на меня кричал.
- Что... ты... хочешь?
- Победить. А для победы нужно, чтобы ты остался последним выжившим. - Доспех прошёлся назад к креслу и уселся в него, слегка опустив спинку. Из шлема всё ещё ниспадал мягкий туман.
- И кого ты хочешь, чтобы я убил?
- Я - бог вероятностей, и я укажу тебе того, кто по воле судьбы стал чемпионом. Ты поймёшь знак, поскольку попавшийся в поставленную мной ловушку появится прямо перед тобой. Я не могу прямо найти его или передвинуть его к тебе, так как это повлечёт мои дисквалификацию и смерть тебя, моего чемпиона. - Доспех сложил руки домиком у себя между колен, облокотившись на них локтями. - Поэтому будь внимательным. Ты поймёшь принцип действия моей ловушки и поймёшь, кто перед тобой. И ты убьёшь его тут же. Понял?
- Можно попросить тебя об одном?
- Да?
- Покажи мне Ойрану, в последний раз. - Разенет ударил кулаком по полу, затрещавшего от удара.
- Я не могу. - Бог развёл руками.
- Но ты же бог! - Последовал новый удар.
- Души идут к Матери, хоть и через Богов Смерти и нас, но мы не умеем их держать.
Разенет поморщился - что-то не давало ему покоя в этом, но что - он не понимал. Что-то до боли знакомое, как будто он держит это в руке.
- Я могу воспользоваться Сталью для твоего блага, но и она имеет свой предел изменения реальности в твою пользу, и она, к тому же, забирает мои силы. Я могу перетянуть с помощью неё вероятность в твою сторону, точнее, в мою. Если ты победишь - я сделаю для тебя всё, что смогу сделать. - Он прислонил руку ладонью к правому плечу, скрытому наплечником, и послышалось жжение. Когда он убрал руку от плеча, то на нём уже красовалась печать клятвы. - Даю своё слово, что так и будет.
- Раз уж поставил печать, то я поверю тебе. И выживу, обязательно выживу, что бы ты исполнил одно моё желание, очень мною желаемое. - Разенет улыбнулся, встав на колени, поднявшись с рук. Цветок снизу вновь распустился, но остался чёрным и морщинистым.
- Я рад, что дал тебе такой настрой. А теперь - иди. Я буду наблюдать за тобой и запущу Сталь, если тебе что-то будет грозить смертью.
Бог растаял дымкой, как и комната, заменившись привычным зелёным полем с голубым небом, но на этот раз трава была пурпурной с белыми пятнами, вдали становившихся зелёными. Начался привычный сон Разенета, на котором он оттачивает своё мастерство.
***
Оман прибыл обратно в монастырь Иглаф, где размещался Совет Братьев Стали. Магистр потерял ученика, армию и честь капитана, погибающего вместе с отрядом. Оман был жестоко наказан - подвергнут тридцати ударам кнута на площади города под монастырём, расположенным на горе и к которому идёт одна извивающаяся змеёй дорожка.
- Дурак! Как ты мог так провалиться? - Он говорил себе это каждый день после той битвы. - Почему ты не сделал другой порядок, почему не встал свиньёй?
