Интересен эпизод, когда, перед столкновением со зверями, Фекла увидела водоем на арене, наполненный водой, и со словами: «Во имя Иисуса Христа крещаюсь в последний мой день!» — вошла в воду, тем самым самостоятельно приняв крещение. Такое самокрещение не соответствовало уже сложившимся ко времени создания апокрифа обычаям христианских общин, когда крещение некогда совершали апостолы, а затем пресвитеры, епископы, наделенные, согласно верованиям христиан, благодатью, исходящей от Святого Духа47. В особых случаях (например, в тюрьме) крещение язычника мог совершать рядовой христианин. Самокрещение Феклы может перекликаться с одним из поучений (логий) Иисуса, дошедших на папирусах, найденных в Египте, где говорится, где даже один человек, там и Иисус с ним: «Подними камень — и Я там, рассеки дерево — и там»48. Речения Иисуса использованы в неканоническом Евангелии от Фомы, дошедшем до нас на коптском языке. В этом Евангелии видно сильное влияние учения гностиков, с которым боролись ортодоксальные церкви во II веке. Возможно, автор апокрифа знал логии или Евангелие от Фомы, и позволил себе вставить эпизод с самокрещением Феклы.
После того как никакие звери и разъяренные быки не тронули Феклу, потрясенный проконсул отпустил ее под восторженные крики женщин, восхвалявших единого Бога. А Трифена уверовала в Иисуса. Создатель апокрифа смягчил здесь свою позицию в отношении жителей языческого города. Не случайно именно женщины защищают Феклу: среди христиан было много женщин, в том числе богатых, как Трифена.
После освобождения Фекла идет отыскивать Павла, по которому она «затосковала», как сказано в апокрифе, находит его в малоазийском городе Миры, откуда возвращается в родной город Иконий. Автор опять подчеркивает необыкновенную любовь Феклы к Павлу: она пришла в дом, где проповедовал Павел, «поверглась там на пол, на место, где некогда восседал Павел, уча словесам Божиим...». В отличие от других деяний, это повествование кончается благополучно — о гибели Павла не говорится ничего, а о Фекле сказано, что она помирилась со своей матерью, проповедовала слово Божие, а затем тихо скончалась. Избавленная чудесным образом от стольких мучений в награду за стремление сохранить девственность, Фекла не могла погибнуть в муках.
Это Деяние ставит своей целью укрепить веру в возможность чуда как награды, прославить героическую девственницу, показать ведущую роль апостола Павла. Особой теологической глубины в этом сочинении нет, автор использует популярные приемы любовно-приключенческих романов своего времени, стремясь быть понятым своими читателями.
Деяния Павла и Феклы стали составной частью Деяний Павла, дошедших частично в папирусах на греческом языке и в переводах на коптский и латинский языки (последние в средневековых рукописях’).
До нас дошли отдельно Деяния Павла, а также объединенные Деяния Петра и Павла. В Деяниях Павла были описания обращения язычников в христианство, совершенные Павлом во время его путешествий. Связный рассказ посвящен пребыванию Павла в Эфесе, где он остановился у Акилы и Прискиллы, людей, упомянутых в канонических Деяниях и в посланиях Павла. В их доме происходит явление Иисуса у всех на виду, но, кроме Павла, никто не слышит, что говорит Павлу Господь. Этот эпизод своего рода новшество по сравнению с новозаветными Деяниями и многими другими апокрифами, где явления и видения предназначены одному человеку. Рассказ о таком своего рода «публичном» явлении должен был поднять авторитет Павла. Возможно, ко времени создания основного текста Деяний (не позднее ЗОО-го года, как пишет Скогорев) было распространено настолько большое количество сообщений о видениях, посетивших тех или иных христиан, что для подтверждения истинности видения Павла автору понадобилось ввести свидетелей.
Павел рассказывает слушателям, что произошло с ним во время одного из его путешествий, когда он хотел дойти до Иерихона. С ним были спутницы — две женщины Лемма и Амия (опять свидетели!). Вдруг навстречу им вышел огромный лев, но он не напал на путников, а припал к ногам Павла и человеческим голосом сказал: «Хочу окреститься». И Павел крестил льва в протекавшей недалеко реке на глазах у людей, стоявших на берегу и славивших апостола. После крещения лев продолжал разговаривать, пожелав Павлу, чтобы пребыла с ним милость Господня. Затем лев удалился в пустыню. Звери и птицы, говорящие по-человечески, — типичные персонажи народных сказок, откуда черпали свои образы и составители апокрифических деяний. Так, говорящие животные встречают-
’ Деяния Павла, а также Страсти Петра и Павла в русском переводе приведены в книге А.П. Скогорева «Апокрифические деяния апостолов...» ся в древнеегипетских сказках (например, говорящий крокодил действует в сказке о зачарованном царевиче, а добрый змей разговаривает в сказке о потерпевшем крушение).