— Я понимаю, что Гарисова вытащить сюда можно, но очень непросто. Он не такой убогий и простой, как показался поначалу, посмотрите видеозапись и убедитесь, — начал разговор адвокат, — я тоже, можно сказать, прокололся с его вывозом, хотя все шло так хорошо, теперь я снабдил его паспортом через узбеков, да и, кстати сказать, они молодцы, их как-то бы поощрить надо. Сегодня я уже не уверен, что он, имея паспорт и деньги, которые я оставил на поезд до Москвы его матери, выедет самостоятельно в Россию и сдастся здесь как свидетель. Конечно, ему лучше приехать сюда, рассказать всю правду, но учти, Артем, независимо от совершенных им преступлений, он тогда больше 24 лет не получит. Я понимаю тебя, знаю, что Гарисову необходимо из Узбекистана уезжать, ты его и там достанешь. Однако я не выбрасываю из плана, что и он, понимая свое положение, может пойти на откровенный разговор и приехать под зашиту правосудия. Заложив Мормурадова, он становится заложником всей их банды, скрываться бесполезно, мы его везде найдем. Думаю, надо будет снова ехать, чтобы все-таки попытаться его уговорить приехать в Москву, иначе он не жилец, как и Мормурадов, на свободе. Их Аллах вместе с Христосом приговорил к смерти.
— Федор, а может быть, все-таки силой привезти? Я организую, но поможет ли это правосудию, и будет ли он здесь колоться? — спросил Артем.
— Ни в коем случае, мы тогда все испортим. Пойми ты, Артем, как бы ни было тебе тяжело, мы не должны опускаться до уровня бандитов и беспредельщиков. Ты не судья, ты потерпевший и приговор не выносишь. Суд, когда будет, и всплывет насилие с нашей стороны, то это будет только в пользу убийц.
— Ошибаешься, Федор, это ты можешь не выносить им приговора, а я вынес и знаю: этим двум ублюдкам нет жизни на земле, — резко сказал Артем.
— Ладно, не кипятись, я и мы все с тобой согласны, но мы ведь не они и не должны опускаться до самосуда, пока суд не вынесет строгий приговор, ты не имеешь права нарушать законы, а главное, ты так засветился со своим требованием перед прокуратурой, что скоро сам станешь персоной подозрений и устранения. И давай на эту тему больше не говорить, — закончил Дружинин.
Артем понимал, что этот разговор никуда не приведет, и он тоже сказал, что не будет трогать больше эту тему, и добавил:
— Хорошо, я согласен. Ты и впрямь считаешь, что Гарисов не убежит? Там ведь его пасут тоже не бесплатно. Пока мы тут пытаемся его показания обработать, он будет искать пути ухода от ответственности. Я считаю, что тогда надо, используя его признания, начать плотную работу с Мормурадовым и еще надо срочно разворачивать кампанию с учетом показаний Гарисова против Турдыева и Ашотова.
Слово взял капитан Гусев:
— Да, я согласен с тобой, Батя, но мне срочно надо изучить явку Гарисова, и с завтрашнего дня Стариков начинает допрос Мормурадова. Скажу вам хорошую весть, Мормурадов еще раз подтвердил свое согласие на разговор. А мы сдержали свое слово, и ребята на Матросской перевели его в другую камеру. Главное — его не пинали в камере, а поговорили с ним серьезные мужики и морально опустили его в «стойло» гнусных поступков. Мормурадов признался, что только попытался придушить ребеночка, но она вырвалась. Вроде эта понтовитая гнида даже плакала и просила пощады. Жить-то ой, как хочется. Похоже, ему очень себя жалко, а в том, что они с Гарисовым натворили, он не раскаивается. Это не человек. Это изверг.
Больше двух часов строились планы и версии. Сгорела высокая свеча, которую зажег Артем, придя раньше всех в квартиру. Он всегда, когда приходил, то доставал с полочки две фотографии в рамке, на одной Оля и Тьерри в свадебном убранстве, на второй в рамочке Лизочка в два годика. Артем ставил фото на стеклянный столик и зажигал перед фотографиями свечу. Потом он включал на волне FM 100,9 радио «Классик», и, как правило, из динамиков лилась классическая музыка и, как правило, грустная и душевная.
Ремонт после пожара помог сделать Саша Кошевой, он лето и осень 2009 года руководил небольшой бригадой из трех человек, которые потихоньку привели квартиру в нормальное состояние.
Работу рабочие проделали огромную, и то, что сегодня Артему не хочется всегда уезжать из квартиры детей, это большая заслуга Александра, который все материалы и оплату за работу взял на себя. Он практически положил все свои деньги, которые собирал на покупку квартиры.
