— Вот только не надо мне говорить про эрудицию! Да ты хоть знаешь, сколько мне пришлось провести за книгами? Долгие дни и даже декады в библиотеке — а толку? Думаешь, отношение ко мне поменялось? Да конечно, держи карман шире! Класс скаута — это практически приговор, Дикая карта. Черная метка, из-за которой серьезные игроки даже разговаривать с тобой не станут. Но ты, которой все с неба упало — что ты можешь в этом понимать?
Чиара озадаченно нахмурилась. Она, хоть убей, не могла вспомнить, что такого на нее упало с неба. Разве что осадки — но это, наверное, не считается? И почему ее собеседница решила, что ей было легко? Так-то нулевкам приходится намного хуже, чем скаутам с их надуманными проблемами. Никто, абсолютно никто не воспринимает тебя всерьез, пока не сумеешь доказать обратное. Что мешало Пуше поступить таким же образом? Совершенно непонятно.
— Мне тоже… было непросто, — на всякий случай сообщила она собеседнице.
— Не вешай мне лапшу на уши! — отрезала та. — Тебе просто повезло наткнуться на бродячий данж, и вдвойне повезло, когда Хэлцериус навязал вашему лидеру задание на поиск погибших приключенцев. Не знаю, кто из ваших занимался расследованием на самом деле, но все лавры достались тебе! Потому тебе и поручили распутывать дело Кукловода.
«Бродячий данж я нашла при помощи концентрации, — мысленно не согласилась Чиара. — Не знаю, откуда она вообще у меня взялась, но если концентрация — эксклюзивная характеристика Судьи, то рано или поздно мне придется оплатить этот счет. Отдать взамен себя, свою личность — не сказала бы, что это можно назвать везением. Да и остальные доводы притянуты за уши, откровенно говоря. Но переубедить ее мне не удастся — да и не нужно. Время почти пришло, осталось совсем немного…»
— Так что да, я терпеть тебя не могу, — закончила свою мысль Пуша. — Все следопыты — выскочки, к этому я уже привыкла. Но ты — выскочка вдвойне. Надеюсь, я понятно объясни…
И в этот момент время ожидания истекло. Меч Чиары наконец сформировался у нее в руке — и тотчас сверкнул серебристой молнией, увеличивая и без того немаленькую скорость девушки. Не теряя ни мгновения, она тут же метнулась к загадочному сооружению в глубине склада. С противным скрипом распрямились пружины, выбрасывая навстречу липкие сети — но Чиа была наготове и успела среагировать, отшатнуться в сторону. И тут же снова рванулась к цели.
Испуганный возглас Пуши, которая наконец сообразила, что происходит, совпал по времени с еще одной сработавшей ловушкой — облаком едкого газа, которое вырвалось наружу, стоило Чиаре добраться до укрытия скаута — металлической башенки или рубки, прикрытой для маскировки деревянными ящиками, листами фанеры и холстом. Но каково бы ни было воздействие газа, оно явно не было рассчитано на того, чья живучесть превышает три сотни. А потому ничто не помешало Чиаре расшвырять прочий хлам и добраться до цели. Металлические стены укрытия поблескивали под неярким светом амулета подсветки, который Чиа материализовала у себя на шее, и выглядели очень солидно. Где же скрывается дверь, и есть ли она вообще? И если все же есть — то как ее вскрыть? Чиара сконцентрировалась на своих ощущениях, водя ладонями по гладкой стальной поверхности.
Наконец она нашла то, что искала. Девушка отступила на шаг и замерла, вытянув руку по направлению к преграде. Губы ее шевельнулись, и шарик раскаленной добела плазмы тотчас рванулся вперед с ее пальцев. Проложил себе путь прямо сквозь монолитную стальную пластину и растаял без следа. Чиара мгновенно сунула руку в дыру, расширяя ее, сминая пальцами оплавленые края. Уцепилась покрепче, не обращая внимания на жуткие ожоги, уперлась ботинками в стену — и рванула что было сил на себя. Затрещали от дикой нагрузки кости и сухожилия, но поврежденный файерболом запирающий механизм не выдержал первым. Уцелевшие останки креплений с обреченным скрежетом выгнулись дугой, выходя из своих пазов, и дверь внезапно распахнулась.
Чиара шагнула внутрь.
Маленькая плохо освещенная клетушка, из мебели — один стул. Сверху свисает труба перископа. Еще одна трубка с раструбом расположена пониже, на уровне рта. Видимо, через нее Пуша разговаривала с визитерами. На стене — панель управления с тремя большими кнопками и парой тумблеров, а под ними — рычаг. Сейчас рычаг опущен вниз, и в полу зияет темное отверстие проема. Приглашающе поблескивают перекладины металлической лестницы, ведущей вниз. Чиара на всякий случай повела носом, ловя знакомый запах, а потом принялась спускаться. Ожоги на ее руке к тому времени уже исчезли без следа.
