Роксана влюбилась неожиданно и смертельно. Само существование стало для нее любовью. Жизнь начиналась, когда открывались деревянные жалюзи его окна. Она могла видеть лишь контуры его фигуры, двигающейся по спальне за этими жалюзи, но и этого ей было достаточно, чтобы любить. Она стала тенью его фигуры, вросла в нее, растворилась в ней. Каждый шаг Роксана проделывала вместе с любимым. Она вставала с постели, умывалась, расчесывала волосы, шла на кухню, здоровалась с хозяйкой, у которой он снимал комнату, варила с ним кофе, возвращалась обратно в его комнату, читала газету, снова шла на кухню, чтобы еще раз сварить кофе вместе с ним. Она становилась собой лишь в тот момент, когда он выходил на балкон выкурить сигарету. Ради этого она жила. Это были те пятнадцать минут, когда любимый принадлежал ей. Она была благодарна Богу за то, что ее мужчина курит. Она смотрела, как он щелкает зажигалкой, как, прикуривая, чуть прикрывает глаза. По тому, как он затягивается, она знала, в каком настроении он проснулся. Если над городом уже с утра было солнце, любимый выносил кресло-качалку и надолго задерживался на балконе, выкуривая четыре или пять сигарет, а потом еще и сигару, подставив лицо солнцу и прикрыв глаза. Он улыбался солнышку так нежно и искренне, как улыбаются дети, встречая утром глаза матери. Она слышала, что в его стране солнце бывает редко. Она понимала, что он полюбил ее страну именно за это роскошное солнце. И тогда она еще раз благодарила Бога за то, что солнце здесь светит триста шестьдесят дней в году. Когда Роксана увидела в первый раз лицо любимого, оно было совершенно белым. Каждое утро она наблюдала, как оно меняется, как быстро ложится на него загар и как из бледного и уставшего человека ее любимый превращается в жизнерадостного красивого мужчину с восхитительным бронзовым цветом кожи, не похожего на всех остальных мужчин, которых она знала. «Самый прекрасный, самый красивый, самый добрый, самый хороший, единственный мой!» – шептала она.
Чтобы сказать о своей любви, Роксане достаточно было выйти на балкон, протянуть руку, коснуться его волос и произнести:
– Здравствуй, любимый!
Сколько раз она говорила эти слова, глядя на него сквозь приоткрытые жалюзи своего окна. Сколько раз она протягивала руку, касаясь его волос. Сколько раз она плакала, когда он вставал и уходил, так и не узнав о ее любви. Из ее печальных больших карих глаз падали слезы на желтенькое длинное платье, прикрывавшее ее ноги, которые она ненавидела больше всего на свете.
Роксана не могла ходить. Она жила в инвалидном кресле. Ее любимый никогда ее не видел.
Было время, когда Роксана была здорова и у нее была любовь. После школы они ездили с Даниэлем на пляж в Санта-Марию и возвращались в Гавану, лишь когда садилось солнце. Они находили на пляже самое укромное место и целовались так, что на следующий день, отвечая урок, Роксана с трудом шевелила распухшими губами. И всякий раз, перед тем как вернуться в город, Даниэль писал на песке их имена: Roxanne у Daniel. Каждый, кто родился на Кубе, рано узнает, что такое любовь. Своими отношениями Роксана и Даниэль не отличались от сверстников. Мальчики здесь становятся мужчинами в тринадцать. Для девушки нет события радостнее и важнее, чем ее пятнадцатилетие. Родители готовы продать все, чтобы этот праздник остался в душе дочери навсегда. И не дай бог девушке вступить в этот возраст, не познав, что такое любовь. Потому что справедливо считали: если девушка не стала к пятнадцати годам желанным цветком, быть ей всю жизнь репейником.
