Во сне Джессика видела огромный склад, полный продуктов, медикаментов и полезных вещей для ремонта. Девушка коснулась одной из полок в восторженном нетерпении. Это место абсолютно реально, такого запаса хватило бы им надолго. Собравшись было взять одну из банок, она вскрикнула — сон словно толкнул ее назад, вышибая воздух из легких. Металлический скрежет наполнил уши, и девушка скривилась — дьявольское скрипение старого механизма, словно вращающиеся шестеренки огромных часов. Появились два огромных черных глаза, которые тут же растворились в темноте видения. Тихий женский голос позвал ее по имени, но Джессика не успела повернуться.
Она пролетела сквозь небольшую площадь, заметила белокаменную старую церковь, колокольню и громадные крепостные стены. Видение грубо швырнуло ее на мягкую траву. Света здесь почти не было — только тонкое лунное покрывало, пробивавшееся сквозь густые ветви.
Кладбище. Мрачное место, словно вышедшее из фильма ужасов. Мысленно покрутив головой, она попыталась осмотреться. Взгляд упал на совсем новое надгробие с нацарапанной на нем надписью:
«Харпер. Покойся с миром, милый друг».
Земля будто ушла из-под ног, девушка отпрянула. За спиной она услышала странный шорох. Кто-то бродил в этой беспросветной мгле. Кто-то, кто явно не был другом. Где-то вдалеке возвышалась та самая крепостная стена, возле которой рос огромный вековой дуб. Молчаливый хранитель. Точно такой же, какой был у них в Сумеречном приюте.
Сон прервался ровно на том моменте, когда она попыталась сделать шаг вперед. Потому что в реальности Джессика довольно неловко рухнула с кровати. Уцепившись рукой за постель и скомкав простыни под влажными ладонями, она с трудом поднялась на ноги и, почувствовав очередной приступ жуткой тошноты, бросилась в туалет.
— Ник, я понимаю, что тебе лучше, но, пожалуйста, не торопись! — Демон придерживала Дровосека за локоть, пока тот, возвышаясь над ней почти на две головы, осторожно вышагивал рядом.
— Все в порядке. Еще никогда не чувствовал себя таким живым!
— Хаббл тебя так нашпиговала своей энергетикой, что теперь в тебе человеческого больше, чем в нас всех. — Изекиль едва успела пнуть крупную ветку, упавшую посреди тропинки, чтобы отбросить ее в сторону. — Не ускоряй шаг, сейчас грохнешься. Развалишься ещё.
— Не развалюсь.
— Куда ты так несешься?
— А сама как думаешь? — Он улыбнулся и приобнял ее за плечо. Очень неожиданный жест. — Все хорошо, если я рухну, то буду только рад. Представляешь, я теперь чувствую абсолютно все! Даже землю под ногами!
— Я-ясно, хочешь понять, как люди набивают себе шишки. Что ж, полезный будет опыт, но лучше делай это под присмотром Хаббл.
Он снова засмеялся, и демон с удовольствием отметила, что жизни в этом металлическом звуке было столько же, сколько в громком голосе Хаббл, когда она решительно доносила свою мысль и буквально метала искры во все стороны.
Они шагали по тропинке к подвалу Сумеречного приюта. Изекиль помнила, что Хаббл отправилась туда отсыпаться, однако побеспокоить ее все же придется. Ник, снова ходивший и стоявший прямо, может взбодрить ее ещё на ближайшие недели две.
У Хаббл все получилось, она может расслабиться. Все постепенно встает на круги своя.
— Оп-п-ля! — Дровосек неловко оступился, и его повело куда-то вбок, громадное тело словно теряло центр тяжести.
Изекиль взвизгнула, однако Ник быстро восстановил равновесие и недоуменно воззрился на нее.
— Ты чего?
— А если бы ты на меня рухнул, железка? — Она притворно закатила глаза. — Занятный результат экзорцизма — блин из демона на тропинке.
— Представляешь, когда Хаббл чинила меня в первый раз, я действительно упал. — Ник улыбнулся. — И она бросилась меня ловить.
— Никогда не сомневалась в ее опрометчивости. Но у меня инстинкт самосохранения ещё не отвалился. — Она прищурилась, слегка замедляя шаг. — А этот лягушонок там что делает?
Из мастерской Хаббл с задумчивым видом выходил Харпер, глядя себе под ноги и обдумывая что-то серьезное. Изекиль пока не знала, как реагировать, поэтому с силой втянула носом воздух, чтобы оценить обстановку. Гнилью больше не пахло, парень источал лучившийся во все стороны аромат надежды, несмотря на понурый взгляд.
— Эй, мухотрав! — крикнула она, и парень замер на месте как вкопанный, явно не ожидав, что с ним заговорит кто-то кроме Джессики. Не веря своим глазам, он непонимающе заморгал. Ещё бы — целых две недели он не видел Ника, полагал, что Дровосек не выкарабкается, постоянно мучился чувством вины, не спал ночами. Однако осознание в молодой пытливый мозг пришло очень быстро, и Харпер бросился к ним навстречу, спотыкаясь и путаясь в собственных ногах.
— Ник, ты живой! — Игнорируя возможность получить в челюсть ещё раз, Харпер бросился к названному брату, запрыгивая высоко как лесной заяц, чтобы зацепиться за массивные железные плечи. Дровосек чудом удержал равновесие, смеясь и подхватывая незадачливого друга на руки. Само собой, потом железное тело снова ослушалось, и они с криками повалились на землю.