Небо разрезал изгиб молнии. Одежда насквозь промокла не только у меня, но и у остальных. Гроздья воды с неба, перекрывавшие раскаты грома, падали с особенной тяжестью.
– Кадма, у тебя в роду ведьм человеческих не было? – засмеялся одногруппник. – Это ж какую магию надо иметь, чтобы в Изломе ею по приказу управлять?
– Или это просто совпадение, – не согласился вечно скептичный Одам.
– Ну что ж, хотя бы на запах крови твари сюда не сбегутся, – закончил я. – На посту останется Даллан и Кадма.
– Да, командир, – кокетливо согласилась темная эльфийка. – А вы не хотите остаться рядом?
– Не согласится, – хмыкнул Даллан, распластавшись на земле и наслаждаясь утихающим дождем. – Он блондинок любит, ты не в его вкусе.
Золотоволосая Кадма странно уставилась на сникса.
– Ой, – продолжил Лир, – одну конкретную он любит, ты в пролете.
– Заткнись, – прошипел я.
– Та, с которой пить приходил? А она милашка, Хака был прав, девчонка очень красивая. Странно, что ее до сих пор не замочил этот маньяк.
Только приближенные были в курсе о реальных масштабах проблемы. Проблемы, которая набирала обороты. Эти твари вышли на арену открытой борьбы, потому что совершенно точно уверовали в свою победу. Но почему? Лесих проиграл пятьсот лет назад, что им движет? Чистый энтузиазм? Весьма странно.
– Ее будет не так просто убить, – Даллан поморщился.
– Нам нужно выдвинуться рано.
Я чувствую изменения, понятия не имею, может паранойя развилась, но мир стал давить. Видимо, к утру мы окажемся в другом месте. В Изломе мы ночевали не так часто, и всегда в отряде был тот, кто умел ставить порталы, выводящий из него, – Вечный.
Ощущение водянистой пыли на лице, беспрерывных капель дождя способно задолбать желанием обратно вернуться к пустыням. Уверен, здесь действительно будет другое место, и нам лучше быстрее пройти на Восток, чтобы случайно не перенестись назад.
– Коутен, не твори глупостей, я чувствую, что ты подойдешь Лесиху идеально, – прошептал в пустоту ночного неба.
– В какой мы заднице на этот раз?! – не сдержалась одногруппница.
Подобным вопросом каждый успел задаться за две с половиной недели пребывания на территории. Счет убитых монстров переходил уже за сотни, они словно бежали откуда-то и, встретив на пути боевых магов, не прочь были полакомиться. Более умные успевали свалить, а сильных и голодных маги убивали. Через некоторое время на сток крови возвращались умные и сжирали своих соплеменников. Круговорот существ в природе в условиях грани работал именно так.
Ветер свистел, вздыхал, летая между деревьями, и играл с пожухшими листьями. Вода местами была отравлена, а по земле проходили ряды муравьев размером с палец. Восток Излома был наиболее спокойным местом из всех, но раз Агриппа указал идти сюда, я последую его совету. Старикашка был гением, хоть часто и порицаемым остальными, а Вейер, его верный помощник и ученик, одним из тех, кто слепо следовал идеям Корнелиуса.
– Ал, ты точно уверен? Агриппа вообще странный тип, – прошептал Даллан, не давая шанса остальным услышать наш разговор, но парочка кровососов напряглась, вслушиваясь в начинающийся диалог.
– Они слышат, – бросил с усмешкой, предупреждая, чтобы случайно не обмолвился о запрещенном. Даллан скупо кивнул. – На Востоке появился жертвенник, Расмус передал. Этот метаморф на многое способен.
– Не понимаю, как Агриппа смог его приручить.
– Агриппа спас его, ворон выпал из гнезда, а Корнелиус с Иоганном гуляли в Изломе для добычи материала. Раса им стало жалко, не стали экспериментировать над птенцом.
– В этом сумасшедшем есть доля доброты.
– Но Расу понравилась Люсия, и это очень странно, он не признает многие расы, а людей в особенности, но гусыню захотел защитить.
Красные волосы.
Зацепок ноль. Мало ли красноволосых в империи? С Араном мы дали приказ задерживать всех рыжих. Абсурдно, однако выхода нет. Закончив ментальное сканирование, бедолаг мы выпустим обратно. Лесиху нужна Люсия, если пятьсот лет назад у него не получилось возрождения из-за глаз, то сейчас он знает, что она идеальный сосуд. Он знает, как она выглядит, мать его, он знает все. И главный вопрос: почему боги не стремятся остановить его? Считают сумасшедшим кретином и не берут в расчет?
Коутен, человечинка дрянная, я должен был убить тебя, но все пошло наперекосяк. А сейчас, в этой раздражающей местности, все больше понимаю, что полежал бы рядом с тобой, чем занимался бы подобным.
***
Ночь в Изломе – одна из самых опасных. Лежа на земле, я чувствую, как двигаются под землей насекомые, как притаилась в кустах нечисть, как неизвестное существо выжидает, желая напасть.
– Готово, – пробасил горный тролль, отвечающий за сегодняшний ужин.
– На нас собираются напасть, – меланхолично бросил я, рассматривая реку кровавой дорожки галактики, разрывающей темно-синее полотно неба. Схватившись за портупеи, оскалились вампиры, дриада вскинула меч с деревянной рукоятью, тролль вытащил дубину, остальные обнажили мечи.