Алекс вошел вместе со мной в храм, прежде внушив горожанам, что мы свернули за угол. Поздоровавшись со служителем, усадил на одну из каменных лавок и после этого покинул с назиданием не вставать. Со стороны выглядело так, словно я горожанка, пришедшая помолиться, и я действительно первые двадцать минут осматривалась, пока взгляд не зацепился за одно из настенных панно. Мозаика, изображавшая разных крылатых людей в белых одеяниях, и вся композиция с войском, вооруженным копьями, была направлена в сторону кафедры, отделанной ярким золотом. Там тоже что-то, очень хотелось узнать, но отсюда из-за тяжелой лепнины было не видно.
Если я аккуратно приподнимусь, ничего же произойдет, верно? На всякий случай накинула неприметный коричневый платок, до этого красовавшийся у меня на плечах, и тихо решила приблизиться к кафедре и посмотреть. Служителя не потревожу, он тут один, занят своими делами.
Действительно за лепкой скрывалось продолжение картины: все копья целились в спину уходящего вперед неизвестного в черной мантии. Одной рукой некто придерживал капюшон, другой держал за руку какого-то темноволосого ребенка в черном платье, судя по всему, девочку. А вот рядом уже повернувшийся лицом к вооруженным стоял светловолосый юноша с яркими изумрудными глазами. Одетый в темно-зеленую мантию, он вытянул вперед руку с амулетом, похожим на компас. Лицо его было видно, в отличие от неизвестного. Но все равно взгляд снова вернулся к темному, прошелся ниже, к оголенному запястью. И уж больно эта татуировка напомнила мне одну, которую я видела на другой руке. Достала из сумки блокнот и карандаш, решив перерисовать ее.
Интересная мозаика. Прошлась дальше и присмотрелась. Монстры, напоминавшие демонов, но без крыльев и с более острыми рогами. Память подсказала, что это берсерки. Подошла к следующему отрезку, там был демон, это я могу угадать даже по одному взгляду, столько перевоплощений их видела во дворце. Берсерки и демоны – похожие расы, почти идентичные, по-разному у них работали принципы сохранения силы, размеры (берсерки крупнее будут) и, конечно, отсутствие крыльев у первых. Я точно знала, кого увижу последним, и не ошиблась. Существо с длинным туловищем, белой кожей, черными наростами на светлой спине и головой, отдаленно напоминающей бычью, было более устрашающим, чем остальные Вечные. Сникс.
Да здесь сумеречный пантеон какой-то. Любопытно.
– Вас заинтересовало что-то, виллана? – прозвучал суховатый голос рядом. – Изображениям более тысячи лет, они поистине прекрасны, способны изгнать тьму, заразившую земли двух империй.
Язык напоминал имперский, только звучал как разновидность диалекта, и, если заговорю, он поймет, что я не местная. Еще осознала жуткую вещь, если он войдет в предел купола Алекса, увидит все. Подняла глаза на высокого мужчину с жесткими чертами лица, но с мягкой улыбкой. Указала на мозаику и закивала, изображая из себя немую. Он понял и понимающе кивнул.
– Эту грязь зовут демонами, они пришли в наш мир, чтобы съесть потомков наших.
«Да не едят они разумных уже», – захотелось возразить.
– Но грани миров закрылись, оставляя их взаперти здесь. Что завлекло вас в этих поистине восхитительных творениях человека?
Смущенно улыбнулась. Ну, допустим, я из какой-то отдаленной местности, в которой нет подобного. Он собрался приблизиться, от испуга отшатнулась, сильнее закрывая платком волосы.
– Виллана, за сию грубость прошу простить. Вы, светлое дитя, правильно сделали, что не поддались искушению и отошли от незнакомого мужчины. Если несложно, отойдите еще, чтобы внимательнее я присмотрелся к рисунку и мог рассказать вам о нем.
Пронесло. Мое личное нежелание впускать его в пределы купола сыграло на руку.
– Вы из Ольфинии? – продолжил незнакомец, касаясь пальцами изображения.
Нахмурилась, я вообще не знала географии этого места. Но чувствовала, мужчина недоговаривает. Недоуменно и отчасти с возмущением посмотрела на него, я слишком долго жила в Полуночном дворце, некоторые приемы знала точно, меня пытались провести!
– Простите, виллана, вы вправе упрекнуть меня в искушении обмануть вас.
Я оказалась права! Такого города здесь неподалеку или нет, или что-то такое, а значит, меня проверяли на знание территорий. Вот же манипулятор! Но с Сумеречным дворцом им не сравниться. Мужчина улыбнулся.
– Может, напишете, виллана, откуда же вы?
Захлопала глазами. Так, письменностью я же могу не владеть? Что-то подсказывало, что она у них уж точно отличалась от сумеречной. Виновато пожимаю плечами, демонстрируя, что не умею писать. И с заинтересованным видом смотрю на новый кусок мозаики. И я увидела клевер. Четырехлистный и золотой, как у царской семьи Сиэлии. Его держала девушка, изображенная сидящей в профиль; бережно держала, поднося к губам. Заметив удивление, священник пояснил:
– Илинка – светоч мира нашего.