Сумерки Эдинбурга полностью

— Я знаю французский. Тут про загадочного душителя в Париже.

— Читайте дальше, — сказал Пирсон, — и вы увидите, что все один в один сходится с эдинбургскими преступлениями.

Пробежав глазами статью, Иэн понял, что Пирсон прав. Он глянул на библиотекаря, лицо которого пылало от возбуждения.

— Тот, кого вы ищете, — воскликнул он, — совершал преступления на континенте!

Дерек Макнайр вошел в комнату, едва удерживая своими тонкими руками поднос с огромной грудой печенья и ячменных лепешек.

— Чай готов! — гаркнул он и, ставя поднос на стол, добавил: — Я там еще вареные яйца нашел.

Глаза Пирсона жадно блеснули.

— Вот спасибо! Если не возражаете, я приступлю.

Иэн зажег газовый камин и уселся за приготовленную мальчиком трапезу. В компании двух непрошеных гостей ему было немного не по себе.

— Так что думаете о моем открытии? — спросил библиотекарь, густо намазывая лепешку маслом.

— Людей, которые часто ездят туда и обратно, немало. Не представляю, как ваша находка может помочь нам напасть на след злоумышленника.

— Ну, для начала можно переговорить с французскими Копперами, — неожиданно предположил Дерек, старательно набивая рот лепешками с изюмом, — две-то головы всяко лучше, чем одна, верно же?

Джордж Пирсон с некоей опаской взглянул на мальчика, а потом протянул ему руку:

— Джордж Уильям Пирсон, старший библиограф-консультант библиотеки Эдинбургского университета.

Дерек стряхнул с пальцев крошки и пожал руку Пирсона:

— Дерек Макнайр, профессиональный карманник.

Пирсон хихикнул:

— А ваш племянник шутник.

— Он не шутит. И никакой он мне не племянник.

Библиотекарь озадаченно уставился на Иэна:

— Но почему вы поселили у себя карманника?

— Он уже уходит, — ответил Иэн, бросив многозначительный взгляд на Дерека, который нахмурился и прикусил губу. — Я разрешил ему переночевать в обмен на…

— Помощь в деле! — выпалил мальчишка.

— Неужели? — спросил Пирсон. — И какого рода помощь?

— Не сочтите за грубость, — сказал Иэн, поднимаясь из-за стола, — но мне пора в участок. Уверен, что и у вас найдется чем заняться, мистер Пирсон…

— Да не особо-то, — весело ответил Пирсон, принимаясь за вареное яйцо. — У меня сегодня выходной.

— В таком случае не соблаговолите ли вы оба после завтрака любезно…

— Я помою посуду, — просто сказал Пирсон, — раз уж готовкой занимался ваш неприкаянный друг.

— Премного благодарен, — нечленораздельно откликнулся набивший полный рот Дерек.

Поняв, что оказался в меньшинстве, Иэн развернулся и пошел в спальню.

— Эй, приятель, а сливок больше не найдется? — окликнул его Макнайр.

— Нет, — сказал Иэн, горячо сожалея, что оставил мальчишку на ночь. «Ни одно доброе дело не остается безнаказанным», — подумал он мрачно, захлопывая за собой дверь.

К тому времени, как Иэн оделся и был готов к выходу, Пирсон с Дереком распивали уже второй чайник чая. Мальчика удалось выпроводить, подкупив ячменными лепешками, которыми он туго набил карманы перед уходом. С Пирсоном было сложнее, но и он после нескольких безуспешных попыток выведать у Иэна информацию по делу в конце концов засобирался.

— Я оставлю газету, хорошо? — спросил он, переминаясь с ноги на ногу в дверях. — Вдруг вы все-таки решите связаться с французской полицией.

— Благодарю вас, мистер Пирсон.

Библиотекарь нахлобучил шляпу поглубже и облокотился на дверь:

— Вы ведь не оставите эту зацепку без внимания?

— Я посмотрю, что тут можно сделать.

Пухлое лицо Пирсона омрачилось.

— А я-то думал, что вы сочтете эту информацию полезной.

— Спасибо, что обратили мое внимание на этот факт.

— Вы не собирались заглянуть в библиотеку на этой неделе? — угрюмо спросил Пирсон. — Любопытно, что вы скажете о книге, которую я вам дал.

— Я постараюсь.

— Ну тогда доброго вам дня, — попрощался библиотекарь. Стоя у окна, Иэн смотрел, как он шагает к ступеням, ведущим с Виктория-террас вниз в город.

Быстро выпив последнюю чашку чая, Иэн накинул пальто, взял шляпу и стал спускаться по крутой узкой лестнице. Виктория-террас была одной из старейших улиц Эдинбурга, и за последние четыреста лет она практически не изменилась. Дома в четыре и пять этажей тесно обступили ее причудливые извивы, поднимающиеся к Замковой горе, круглые трубы усеивали крыши, как свечки на торте.

Город только начинал просыпаться, когда Иэн свернул на Принсес-стрит к телеграфной конторе. Когда он вошел туда, над дверью звякнул колокольчик. Иэн быстро набросал сообщение и передал бланк сонному клерку в окошке.

— Я хотел бы и ответ оплатить, — сказал он, проталкивая листок под медные прутья окошка.

— Очень хорошо, сэр, — ответил клерк, тараща заспанные глаза из-под своего прозрачного зеленого козырька.