Царица улыбнулась и снова откинулась на постель. От заботы жреца ее охватила нега: она ощутила себя юной и легкой, точно ее ничего не давило.
Мекет, ее служанка-египтянка, принесла успокоительный отвар, который готовила для царицы сама; а для Тураи - вино. Египтянин немного отлил из своей чаши в чашу царицы.
- Сейчас твое величество выпьет это, а потом уснет.
Поликсена выпила, держа чашу обеими руками. Затем улыбнулась, уже сонно.
Она потянула к себе Тураи, и они поцеловались, ощутив вкус вина и пряных трав, вкус горячих губ друг друга. Потом Поликсена уснула, простершись на животе.
Тураи укрыл ее легким покрывалом и, посмотрев на Мекет, приложил палец к губам.
Мекет часто, быстро закивала и улыбнулась, глядя на Тураи с опаской, восхищением и преданностью. Потом поклонилась царскому советнику, простерев к нему руки ладонями кверху.
Тураи вышел из царской спальни: не через главный вход, который охраняли эллины, а через боковую дверь. Он сел на приготовленное ложе, глядя туда, где осталась спать его повелительница. Потом вытянулся на спине и быстро заснул.
Через несколько дней Тураи пришел к царице без приказа. Поликсена уже знала, что это может значить: неожиданно прибыли чьи-то корабли, торговые или посольство.
- Кто на этот раз к нам? - спросила коринфянка.
- Экуеша, - советник понизил голос, - афиняне.
Сидящая Поликсена вздрогнула.
- Афиняне?..
- Их полемарх утверждает, что знает тебя, и требует встречи с тобой! - сказал советник.
Поликсена усмехнулась.
- Уже требует? Кто же он такой?
- Калликсен, сын Пифона, - ответил Тураи.
Поликсена побледнела: египтянин неотрывно смотрел на нее.
Потом царица медленно, будто через силу, произнесла:
- Если это так важно… я приму его.
- Великая царица, - начал египтянин и осекся.
Только тут Поликсена увидела, что бывший жрец едва держит себя в руках. Как видно, афиняне приехали с чем-то очень серьезным!
- Уж не решили ли афиняне объявить нам войну? - сухо съязвила царица, скрывая внезапный страх.
Тураи мотнул головой.
- Госпожа, этот Калликсен привез с собой сына твоего первого мужа, Ликандра.
Тураи перешел на египетский язык. - Этот мальчик родом из Спарты, его родила мать-спартанка! Как видно, твой супруг возвращался домой из плена!
Поликсена вскочила.
- Из Спарты?.. Никострат таки исхитрился…
Потом до царицы Ионии дошел весь смысл слов Тураи.
- Мать-спартанка, - повторила Поликсена.
Она тоже заговорила по-египетски. - Так афинянин привез моему сыну брата! Ликандр погиб на своей земле, это так?..
Тураи кивнул.
- Конечно, сам Никострат не подозревал об этом, и посылал в Спарту только за военной помощью. Царевич готовится к войне. Может быть, преждевременно, но никак не напрасно!
Поликсена прошлась по комнате, взявшись за лоб обеими руками. Потом повернулась к египтянину.
- И как быть с этим мальчиком? Он похож на Ликандра?..
- Никто здесь не видел этого воина, кроме тебя. Не сравнивать же мальчика со статуей, - усмехнулся советник. - На Никострата он похож, но сходство не очень большое.
Поликсена немного поразмыслила, неподвижно глядя себе под ноги.
- Можно ли привести этого ребенка во дворец?.. Конечно, нет! - тут же ответила эллинка сама себе. - Вот что! Пусть его возьмет к себе один из моих друзей, хорошо бы старый воин… Анаксарх!
Лучше нельзя было и придумать.
- Афинянина я приму открыто, в этом нет никакой тайны. Из этого нельзя делать тайну, - поправилась царица. - А мальчика навещу, как только представится возможность. Как его имя?
- Кеней, - ответил Тураи.
- Никострат знает?
- Никто еще не знает. На афинском корабле приплыл друг царевича, которого он и отправлял послом, - сказал египтянин. - Я найду способ спрятать этого юношу на несколько дней, чтобы представить все так, точно он отлучался в другой город.
Поликсена кивнула.
- Очень разумно.
Потом прибавила:
- Калликсену передай, пусть явится во дворец немедленно. Я буду готова принять его через два часа. Действуй!
Тураи поклонился и вышел пятясь.
***
Поликсена помнила Калликсена матросом, юношей. Теперь же ей предстал мужчина в расцвете лет: светлая борода отросла от уха до уха, золотистые волосы беспорядочно спадали на широкие плечи. Ей подумалось, что без хитона полемарх был бы еще лучше - подобен самому Посейдону.
Поликсена приложила руки к зардевшимся щекам. Поняв, как это выглядит, покраснела еще сильнее. Царица прокашлялась.
- Садись, афинянин, и давай потолкуем.
Оба сели.
- Что ты привез мне? - спросила царица.
- Только самого себя и своих людей, - Калликсен улыбнулся. - Мой товар тебе не нужен, твоя страна богата!
- Это верно, - царица кивнула. - Чего же ты хочешь, Калликсен? Это мой сын послал к тебе своего гонца?..
- Да, он, - сурово ответил полемарх, решив обойтись без подробностей. - Никострат сказал, что вы нуждаетесь в помощи! И я вижу, что так и есть!
Поликсена вздохнула.
- Чем же ты мне поможешь, афинянин? Твои четыре корабля Дарию на один зуб. А мне будет жаль, если ты погибнешь, как твой брат!
