- Все должны думать, что ты мой воспитанник. Я взял тебя потому, что у меня никого нет.
Кеней проглотил остаток лепешки, глядя на хозяина дома большими изумленными глазами. Потом сын Ликандра воскликнул:
- Но разве никто здесь не поймет, что я спартанец?
- Конечно, поймут, да это и ни к чему скрывать, - усмехнувшись, ответил старый наемник. - Твой отец тоже был спартанцем, и долгие годы служил в Египте! Это ты тоже можешь рассказывать. Мы представим все так, точно тебя прислали сюда египтяне после смерти отца.
Кеней некоторое время раздумывал. Потом кивнул: видно, эта сказка показалась ему убедительной.
- Хорошо, я согласен! Я это запомню.
Потом он встал и огляделся. Мальчишку сжигала жажда действия - динамис, свойственная самым воинственным из эллинов.
- А теперь мне что делать… наставник?
- Можешь выйти в сад, - предложил Анаксарх. - Там тебя никто не увидит. А можешь сразу лечь спать: думаю, тебе хочется отдохнуть.
Кеней сосредоточенно подумал и заявил:
- Пойду спать.
Мальчик посмотрел на ионийца и улыбнулся, несколько насильственной вежливой улыбкой:
- Благодарю тебя за все.
Анаксарх кивнул, улыбаясь.
- Иди в соседнюю комнату, сынок. Тебе там уже постелили.
Кеней кивнул; и ушел не оборачиваясь. А Анаксарх долго смотрел мальчику вслед, и теплая улыбка не сходила с его рябого, когда-то веснушчатого лица. В груди тоже стало тепло.
Этого мальчугана можно было полюбить всем сердцем… только бы он не натворил бед. Никострат был таким же: но он успел вырасти!
Когда Анаксарх вошел в свою спальню, Кеней уже спал, разметавшись на жестком тюфяке. Во сне спартанский мальчишка выглядел таким беззащитным. Анаксарх вздохнул.
- Пусть помогут тебе твои предки, сынок.
Он лег; и еще какое-то время смотрел на мальчика, прежде чем уснуть.
На другой день Кеней проснулся один. Когда мальчик вышел в ойкос, недоуменно осматриваясь, к нему приблизился слуга.
- Хозяин отлучился во дворец. Он будет днем, и велел тебе никуда не уходить без него.
Кеней кивнул.
- Хорошо.
Он поел, потом вышел в сад. Какое-то время слонялся по садику, рассматривая кусочек неба между резными кронами платанов; потом вернулся в дом, томясь от скуки и жажды действовать. Слуга заметил это.
- Тебе нечем заняться? Ты умеешь читать?
Кеней удивился.
- Умею, но не люблю. А зачем мне читать?
- Пригодится, - ответил иониец. - Погоди-ка, принесу тебе один свиток.
Он вышел и вернулся с длинным папирусом.
- Это описание жизни в Египте. Жизнеописание одного ионийца, который долго служил в этой стране.
- А, - кивнул Кеней. Он вспомнил, что его собирались представить приехавшим из Египта. - Хорошо, я прочту.
Юный спартанец проворно подтянул к себе свиток. А когда развернул, спросил:
- А что за иониец это сочинил?
- Наш хозяин, - слуга подмигнул, широко улыбнувшись изумленному виду Кенея. - Написал, когда отошел от дел!
Кеней, с таким же изумленным лицом, сосредоточил внимание на свитке. И скоро погрузился в чтение. Он читал не очень бегло, но вдумчиво; и видно было, что мальчик запоминает все с военной точностью.
Когда Анаксарх вернулся, Кеней, увлекшийся жизнеописанием, одолел уже половину свитка. Хозяин незаметно приблизился к мальчику; и тот быстро поднял глаза, когда его накрыла тень рослого воина.
Кеней быстро встал.
- Мне сказали, что…
- Все правильно сказали, - кивнул Анаксарх, улыбаясь. Он похлопал Кенея по плечу мощной веснушчатой рукой, оплетенной синими жилами. - Но на сегодня хватит чтения, глаза испортишь. Давай-ка посмотрим, чему тебя учили в твоей агеле!
Спартанский мальчик просиял. Это было ему куда больше по душе.
- Мне нужен меч, наставник!
- Для начала возьмем палки, - ответил Анаксарх. - И попробуй выколотить из старика дух, - усмехнувшись, прибавил он, направляясь во двор.
Оказалось, что на палках мальчишка дерется отлично: Анаксарх неожиданно для себя очутился лицом к лицу с ловким, яростным юным врагом, не боящимся боли и не дающим ему передышки. Старый иониец посмеивался над способностями мальчика - а справиться с ним и вправду оказалось нелегко. Но в конце концов Кеней оказался на земле.
Анаксарх плеснул на него водой, зачерпнув из глиняной бочки, стоявшей во дворе.
- Вставай, - воин отступил от спартанского мальчика. - Ты сегодня молодцом! Иди теперь умойся и переоденься, я привез тебе платье. Потом будем есть.
Кеней, вставший на ноги, отряхнулся по-собачьи. А потом спросил:
- А когда придет мой брат?
- Что же ты не спрашиваешь про царицу? Неуважительно, сынок, - Анаксарх улыбнулся, так что рябь на его лице собралась морщинами.
Он поманил мальчика в дом.
- И царица, и царевич придут к тебе сегодня, - понизив голос, сказал старый воин, когда за ними закрылась дверь. - Так что будь готов!
В дверь постучали, когда еще не стемнело. Но когда слуга открыл, стоящая на пороге женская фигура показалась Кенею темной, точно Геката, богиня ночных перекрестков.
