Женщина шагнула в комнату, расстегнув темный плащ; и спартанский мальчик заморгал. Золото, золото, золото. Он никогда не видел подобных нарядов и даже не подозревал, что такие существуют! Что было еще поразительней, она оказалась в штанах, в персидских шароварах.
Царица Ионии несколько мгновений стояла, глядя на Кенея. Потом шагнула к нему; стремительностью движений и суровостью взгляда царица напомнила мальчику мать.
- Ты и вправду похож на Ликандра! - воскликнула Поликсена.
Тут Кеней догадался поклониться.
- Я горд знакомством с тобой, госпожа, и рад нашей встрече, - сказал он.
Поликсена кивнула: в ее темных, обведенных черным глазах появилась не то насмешка, не то нежность.
- Я тоже рада, и тоже горда, - сказала она.
Кеней наконец заметил за спиной царицы юношу в белом хитоне и алом плаще, сколотом на плече серебряной фибулой. Темные волнистые волосы юноши были связаны в хвост на затылке. Нежданно обретенный брат улыбнулся Кенею, и тот сразу ощутил доверие.
- Надеюсь, мы подружимся, - сказал Никострат.
А Поликсена, не сводившая глаз с Кенея, вдруг раскрыла руки.
- Позволь мне обнять тебя! Я не смогу заменить тебе мать, но постараюсь хотя бы отчасти.
Кеней несколько мгновений не двигался; потом шагнул к царице. Ее душистые объятия оказались так же сильны, как объятия матери.
Потом царица посмотрела на Анаксарха.
- Сядем, - сказала она. Взглянула на братьев. - Вы можете остаться, это предназначается и для ваших ушей!
Когда мальчишки сели, Никострат посмотрел на Кенея и тихо сказал:
- Мы потом поговорим! Сейчас будет говорить царица!
Кеней кивнул: и весь превратился в слух. А Поликсена словно бы больше не обращала на него внимания. Она заговорила с Анаксархом так, точно они были в комнате одни.
- Я пришла к тебе, потому что опасаюсь говорить об этом даже в собственной опочивальне. Жаль, что я не могу навещать тебя ночью, это нужно делать открыто.
Анаксарх кивнул.
- Ты все обдумала, госпожа?
Поликсена улыбнулась.
- Афинянин очень смел, и я не сомневаюсь, что он бы хорошо сражался, - ответила царица. - Но он не стратег. Сразиться с персами на воде можно, только когда держишь оборону. Сейчас они просто не дадут нам морского боя. Это совсем невыгодно!
Царица постучала сапожком об пол.
- Зачем, если персы и так рассредоточены по нашей земле?..
Никострат толкнул брата в бок.
- Ты понимаешь?..
- Да, - отозвался шепотом Кеней. - Но что нам делать?
- Тихо! - ответил царевич.
Поликсена встала с места, прошлась по комнате. Потом произнесла:
- Пожалуй, афинянина можно оставить на службе. Можно даже дать ему корабли… для учений, не более. Я посмотрю, что он умеет. А там время покажет!
Анаксарх кивнул.
А Поликсена неожиданно повернулась к Кенею.
- Теперь я хочу поговорить с тобой, брат моего сына. Расскажи мне о Спарте и своей матери.
И царица улыбнулась. А Кенею неожиданно показался неприятным ее выговор - ионийский, напоминавший ему персидский, которого Кеней никогда не слышал. Но мальчик послушно начал рассказывать.
Гости покинули дом Анаксарха поздно, когда солнце почти село: черные тени удлинились до самого порога. Анаксарх вышел проводить царицу с сыном.
- Меня на улице ждет охрана, но жаль, что ты остаешься, - сказала Поликсена, печально улыбаясь. Они коротко обнялись.
- Ты мой бесценный друг, - прошептала царица.
Анаксарх поклонился; и подождал, пока госпожа и Никострат не выйдут через калитку. Тогда иониец ушел в дом.
Ни охранитель, ни сама царица не заметили человека, прятавшегося в тени платана. Когда Поликсена вскочила на коня, шпион метнулся в сторону и, перемахнув ограду, пропал в темноте.
========== Глава 115 ==========
Трапеза сына Артазостры уже остыла, но Дарион не садился за стол: юноша в нетерпении прохаживался по комнате, заложив руки за спину.
Когда в его покои через тайную дверь скользнул запыхавшийся раб, Дарион быстро повернулся к нему
Светловолосый слуга-грек остановился и стоял, уронив руки, лицо покрылось красными пятнами.
- Господин, я…
Дарион впился в него взглядом.
- Ну?..
Он едва обратил внимание на непочтительность прислужника, который не упал перед царевичем на колени и даже не поклонился.
- Царица пробыла у него вместе с сыном почти два часа, - сказал шпион, проведя языком по сухим губам. - Мальчик… Мальчик больше не выходил, думаю, ему приказано таиться…
- Что ты думаешь, мне безразлично, - Дарион лишь на мгновение взглянул в глаза ионийцу: но этого хватило, чтобы раб тотчас замолчал и сник. Поликсена бы ужаснулась сейчас, насколько наследник Филомена стал похож на своего отца, - и насколько он другой. Чуть мягче и тоньше черты лица, чуть больше и чернее глаза, вкрадчивее голос - “маленький Дарий” получился азиатом во всех своих проявлениях. Этот красивый юноша казался какой-то жестокой насмешкой над всеми прижизненными трудами брата Поликсены.
- Так значит, два часа, - задумчиво сказал Дарион, вновь принявшись мерить шагами спальню. Шпион стоял не шелохнувшись, не смея поднять глаз. - Два часа царица и ее сын провели с Анаксархом и этим мальчишкой… Кто он такой? Уж не брат ли ее отродью?
Дарион рассмеялся.
