Эльпида в первый миг была потрясена видом этой женщины, выступившей из портика на свет; Никострат и Мелос ничуть не меньше. Адмете было уже больше сорока лет, но смуглое тело ее оставалось мускулистым; эта женщина казалась еще крепче, чем ее запомнил Мелос. Седина в ее непокрытых вьющихся черных волосах, разбросанных по спине и плечам, только усиливала это впечатление телесной мощи.
Мелос первым выступил вперед.
- Ты меня знаешь, госпожа! - воскликнул он, борясь со своей робостью. - Я Мелос, иониец… А со мной Никострат, первый сын Ликандра!
Большие серые глаза Адметы застыли при виде Никострата.
- Сын моего мужа?..
Казалось, эта бесстрашная женщина впервые в жизни ощутила ужас; какой-то потусторонний ужас.
Однако спустя несколько мгновений Адмета взяла себя в руки. Она кивнула гостям, не улыбнувшись. Эльпида поняла, что Адмета высмотрела женщину среди мужчин, но не подала виду.
- Проходите в дом.
Повернувшись, спартанка сделала Мелосу и его спутникам знак и скрылась в портике.
* От Коринфа до Спарты 134 км.
========== Глава 143 ==========
Адмета провела гостей в большую общую комнату - с общим столом и двумя длинными лавками. Сейчас ойкос пустовал; но Никострат невольно задался вопросом, кого угощали здесь и какие разговоры велись в этом доме… Ведь Адмета, конечно, сиживала за столом со своими мужчинами…
В дверях возникла девушка-служанка - худая и коротко остриженная в знак несвободы, в некрашеном и неподшитом хитоне до колен. Адмета приказала ей принести угощение, и рабыня с поклоном исчезла.
Эльпида, старавшаяся примечать все, увидела, какой испуг отразился на лице Корины при появлении этой рабыни. После богатой, беззаботной жизни в доме своей госпожи - попасть в спартанскую хижину с немилосердными спартанскими порядками!
- Госпожа, - окликнула Эльпида Адмету.
Спартанка вскинула голову, и ее серые глаза блеснули. Она выжидающе посмотрела на гетеру.
- Пусть моя рабыня останется при мне, если можно, - Эльпида старалась говорить ровным голосом. - Она пуглива и привыкла к удобствам и заботе…
- Как и ее хозяйка, по-видимому, - заметила Адмета: она чуть улыбнулась, хотя взгляд ее не потеплел. - Я поняла тебя, смотри за своей рабыней сама.
Эльпида сделала Корине знак выйти в коридор и подождать, и девушка кивнула с огромным облегчением. Она выскользнула прочь, и дверь за нею закрылась. Их осталось четверо - двое мужчин и две женщины.
Никострат хотел заговорить: по дороге из Коринфа он многократно перебрал в уме слова, которыми мог бы обратиться к спартанке и впечатлить ее. Но теперь что-то мешало ему - теперь, когда Никострат увидел эту гордую женщину, сильную как кобылица, взглянул в ее холодные глаза.
- Сядьте, - произнесла Адмета после небольшого молчания.
Никострат покосился на квадратную арку, выходившую во внутренний дворик: оттуда веяло прохладой и доносилось щебетанье воробьев. Потом он сел - напротив госпожи и слева от Эльпиды. Комната тонула в сумерках, и теперь царевич не мог разглядеть ни выражения лица спартанки, ни выражения своей невесты.
Рабыня внесла лампу, поставив ее на стол. Фигуры четверых людей обрели четкие и зловещие очертания, и Никострат увидел изгиб губ Адметы - теперь она улыбалась.
- Мой сын остался в Египте? - внезапно произнесла спартанка.
Никострат настолько не ожидал этого вопроса, что вздрогнул и подался вперед всем телом.
- Да, он остался в Саисе, - подтвердил царевич.
Адмета низко наклонила голову, так что ее густые черные волосы упали через плечо на стол. Лакедемонянка не пыталась поправить их, сидя подобно статуе: Никострат только увидел, как рука ее сжалась в кулак.
Потом хозяйка резко выпрямилась: глаза ее блестели, ноздри вздрагивали.
- Я давно знаю, что ты и Мелос здесь - и что Кенея вы с собой не взяли. И я давно ждала, что ты явишься!
“Откуда ты знаешь?..” - подумал Никострат. Но этот глупый вопрос на язык не сошел. Он взглянул на Эльпиду, но коринфянка не отрывала глаз от Адметы.
Голоногая рабыня внесла гидрию, ойнохойю с красивым трилистниковым горлышком и чаши. Хотела разлить вино, но хозяйка движением руки велела ей уйти.
- Я также догадываюсь, зачем ты пришел, - продолжила спартанка, когда они опять остались одни. - Но хочу услышать это от тебя самого.
Она привстала и налила Никострату первую чашу - как гостю и предводителю отряда; затем налила разбавленного вина Эльпиде и Мелосу. Никострат в это время лихорадочно собирался с мыслями. И когда Адмета опять села и взглянула на него, царевич сказал:
- Если для тебя не тайна, что происходит в Коринфе, госпожа… ты, конечно, знаешь и то, в каком положении Иония. Теперь Коринф, Иония и Египет сообщаются часто. И я пришел в Спарту за военной помощью!
Брови Адметы приподнялись, губы тронула улыбка… Никострату почудилась насмешка, и он дрогнул от ярости. Хотя давно успел приготовиться к такому приему.
- Ты думаешь, что я слаб и тщеславен, - быстро проговорил молодой воин. - Вероятно, я слаб в сравнении с мужчинами Спарты! Но я видел то, чего не видели ваши мужи, так гордящиеся своим искусством!
