- Идем со мной.
Он завел ее в соседнюю комнату, служившую кладовой. И там, укрывшись за бочкой вина, они поговорили.
Геланика узнала, как найти начальников персидского войска… оказалось, что вождей у Тизаспова войска теперь трое, живут они вместе, близ самосских ворот. Десять тысяч их солдат живут частью в лагере, в палаточном городке; но большая часть расквартирована в городе.
- Одни беды от них и заведению убытки, - пожаловался самосец, забыв, с кем говорит. - Когда это от солдат в мирные дни ждали добра? Бездельники, которых научили только убивать и хвастаться своими мерзостями! А варвары и вовсе человеческого языка не понимают…
Геланика смотрела на него во все глаза.
- Десять тысяч, ты сказал?.. Откуда так много?
- Так их еще притекло, за эту весну и лето, - объяснил кабатчик. - Многие бежали из Ионии, после войны… Тошно им, видишь, жить под пятой у бабы, да еще и гречанки.
Геланика сдержала злость; она достала обещанную драхму и сунула в руку собеседнику.
- Потом еще получишь. А теперь скажи, почему у войска три вождя… и нет верховного? Разве так сражаются?
Самосец с жадностью спрятал деньги под кожаный передник; а потом пожал плечами.
- Да кто их знает? Они ж не сражаются, они как трутни - из нашего народа соки сосут, жен и мальчишек портят. Нет хуже персидской солдатни, когда им делать нечего… Им всегда нужна указка сверху, чтоб царь царей ногой притопнул.
А потом хозяин таверны наконец подозрительно прищурился на Геланику, став руки в боки.
- Что это ты все выспрашиваешь, красотка? Тебя кто подослал?..
Он почти испугался своей откровенности. Геланика, увернувшись от его хватки, скользнула вдоль стены и быстро отбежала на середину комнаты.
- Не тронь меня! Меня ждет муж, - воскликнула она, пожалев в этот миг, что не успела стащить у Критобула оружие. - Я еще вернусь… и тогда тебя отблагодарю.
Самосец не трогался с места, глядя на нее как на наваждение.
- Возможно, я помогу вам избавиться от этой орды варваров, - Геланика отступила еще на шаг и улыбнулась ему, ощутив себя в безопасности.
Выйдя из кладовой, она поняла, что в задымленной, наполненной стуком посуды и криками комнате никто еще даже не заметил ее отсутствия. Прижимаясь к стене, Геланика пробралась мимо пьяных, переступила через какого-то мужчину, храпевшего на полу, и опять заняла свое место в углу. Она с трудом перевела дыхание, оглядывая помещение. В горле у нее пересохло после такого разговора.
“Надо было спросить вина…”
Геланика рассмеялась. Нет уж, лучше больше с места не вставать. Она закуталась в плащ и принялась ждать мужа.
Критобул появился скоро - и сразу, полный беспокойства и любви, бросился к ней.
- Вот ты где! Заждалась?..
Геланика радостно кивнула.
- И пить хочу!
- Сейчас, сейчас… А вы что за ней не смотрите!
С гордостью и некоторым чувством вины Геланика увидела, как ее муж-недоросток схватил за шиворот двоих выпивох, каждый из которых был тяжелее и мощнее его, и встряхнул.
- Уже глаза залили!
- Критобул!..
Геланика, предотвращая драку, вскочила с места.
- Дорогой, закажи нам тоже выпить, прошу тебя, и пойдем отсюда! Пусть их!
- Как скажешь, моя нимфа.
Они выпили дешевого кислого вина и быстро покинули таверну. Критобул, держа жену под руку, подвел ее к телеге, запряженной парой маленьких деревенских лошадок.
- Вот сюда садись… Не возражаешь? Все твои вещи сложены, вот и твоя ваза.
Критобул любовно похлопал старинный сосуд по ребристому боку, расписанному завитушками. Геланика опустила голову, ощущая новый прилив вины, еще более сильный. Стоит поддаться, и ее захлестнет целиком.
- Поехали быстрее, - потребовала она.
***
Супруги въехали в город и остановились в гостинице у ворот. Геланика ощущала себя разбитой, виноватой… и оглядывалась по сторонам почти бездумно, как всякий путешественник. Но когда муж ссадил ее на землю и она посмотрела через дорогу, то вскрикнула. Наложница Дариона ощутила, что от судьбы не убежишь.
Двое персов в мешковатых одеждах направлялись к дому с крашеной дверью, стоявшему прямо напротив гостиницы. Красная дверь и розовые кусты перед входом. Тот самый дом.
После горячего ужина, кое-как вымывшись с дороги, Критобул уснул рано. Геланике тоже хотелось спать, но она превозмогла себя.
Беспрестанно оглядываясь на мужа, Геланика сбросила хитон и натянула критское платье, с золотыми оборками и непристойным вырезом. Когда ее белые груди выскочили наружу, она ощутила себя настоящей блудницей.
Геланика надела свои лучшие украшения - коралловое ожерелье, серебряные браслеты и кольца. Потом набросила тонкое синее покрывало и подняла свою вазу, стараясь ни о чем не думать. В эту вазу она еще по дороге сложила самое ценное, что можно унести с собой… чтобы не возвращаться больше к мужу.
Одной рукой прижимая к себе критский сосуд, словно возлюбленного, Геланика покинула комнату и остановилась. Она ощущала, как гулко стучит сердце под накидкой, под обнаженной грудью.
Это конец, пути назад нет.
