Матушка присоветовала своему любимому сыну и невесту. В одном Антиной был прав - Диомед, как и другие фиванские юноши, долгое время оставался равнодушен к девушкам, предпочитая общество веселых друзей, из которых многие были любовниками. А теперь, посмотрев на то, как хорошо, по-спартански согласно, живет Никострат со своей супругой, Диомед и сам задумался об удачной женитьбе.
Мать свела его с соседской девушкой, к которой давно приглядывалась. Они должны были снимать комнаты, пока не накопят на собственное хозяйство; и тогда Диомеду пришло в голову поселиться в том доме, где раньше жил Никострат. Вдова еще не нашла других жильцов.
На свадьбе Антиной много пил, поздравлял брата - а под конец, похлопав Диомеда по плечу, со смехом заявил:
- Ты хорошо начал, как я погляжу, - пошел по стопам своего спартанского героя… А как отправишься на следующую ионийскую войну, добудешь себе славы и денег!
Диомед вспыхнул; а гости зашептались, поражаясь такому бесстыдству. Конечно же, Антиною, как и всем здесь, было известно, чем кончил Никострат, - он перешел к персам, под руку своей матери-царицы. А позорнее этого для спартанца ничего нельзя было и представить.
Один Диомед ни в чем не винил Никострата - и верил, что снова встретится с ним.
- Вот увидишь, Антиной, все сбудется по твоему слову, - серьезно обещал молодой фиванец. - Я снова отправлюсь сражаться в Ионию и добуду славу и богатство! Я найду моего дорогого друга… и оба мы будем оправданы перед богами.
Эллада и в самом деле опять собиралась с силами. Спарта теперь отказывалась помогать Аттике и Беотии; и новый поход на восток еще не был решенным делом. Но все зависело от того, каким будет положение Ионии следующей весной.
========== Глава 206 ==========
Поликсена встретила свою третью ионийскую весну во всеоружии, насколько это было возможно. По ее приказу подразделение царских лучников было переформировано - их набрали заново в ионийском войске, а старых воинов распределили по северным гарнизонам. Делий говорил, что это неразумно, что одну, самую главную, преступницу госпожа таким образом уже упустила.
- Конечно, разумнее было бы их всех отправить под топор, - согласилась Поликсена с усмешкой. - Но я еще не настолько стала персиянкой.
Молодой человек не нашелся, что ответить. Однако когда царица вместе с ним и Мелосом проводила смотр своей гвардии, Делий вдруг попросил, чтобы его назначили начальником этих лучников-новобранцев.
Делий потребовал для себя повышения громко, не смущаясь тем, что все знали о его положении при наместнице. Наоборот, он с вызовом оглядел солдат на стрельбище, - и усмешки, появившиеся было на лицах задних, быстро увяли. В серо-голубых глазах избранника царицы читалась свирепая решимость защитить свою возлюбленную.
Мелос тоже не мог скрыть пренебрежительного удивления, когда услышал просьбу Делия. Разумеется, он ничего не сказал, чтобы не опорочить госпожу и родственницу перед чужими; однако сильно сомневался, что такая служба Делию по плечу. Тем более, что среди этих лучников больше половины были заслуженными солдатами.
Но тут заговорила Поликсена - спокойно, как будто просьба любовника ничуть ее не удивила.
- Я не сомневаюсь в твоих способностях, Делий. Но пусть эти воины тоже увидят их. Покажи нам, как ты стреляешь.
Делий бестрепетно вытащил лук из налуча, висевшего на спине, и наложил стрелу на тетиву. Почти не целясь, он выпустил стрелу в круглый щит на другом конце площадки, служивший мишенью: он попал точно в центр. Потом, так же небрежно, молодой воин выпустил вторую и третью стрелы: вторая вонзилась совсем рядом с первой, а третья расщепила ее!
Делий повернулся к царице, раскрасневшись и торжествуя. Послышался изумленный шепот новобранцев, и Поликсена тоже была впечатлена - хотя давно знала, что у ее возлюбленного верный глаз и прирожденные способности к стрельбе…
- Хорошо, - сказала царица, сохраняя хладнокровие перед зрителями. - Я подумаю о твоем желании, Делий. А сейчас все свободны.
Когда воины и Мелос ушли, Поликсена взглянула на Делия, не скрывая раздражения.
- Почему ты заявил об этом перед всеми? Почему не наедине?
Делий сжал губы.
- Не почему, а зачем… Затем, чтобы обо мне не говорили, как о любимце, выпрашивающем подачки! Затем, чтобы все… не только ты… считали меня достойным!
У него пробивалась бородка, он прибавил в росте за последний год, и плечи раздались. Перед Поликсеной был уже не юноша - молодой мужчина. Как это напоминало ей взросление собственного сына…
- Думаю, многие и без этого считают тебя достойным, - сдержанно сказала она. Кивнула. - Я подумаю о твоем назначении, хотя еще ничего не решила.
Делий гордо улыбнулся и поклонился. А когда они возвращались обратно, Поликсену внезапно опять посетила ужасная мысль - ужаснее всех, которые ей пытались внушить недруги…
В самом ли деле ее молодой любовник не умел стрелять, когда они с ним сошлись? А вдруг он еще коварнее Клео и лжет ей с самого начала… и стал спасителем царицы, чтобы та облекла его доверием?
“Чем больше годы угнетают женщину, тем сильнее она сомневается, что ее могут любить…”
