— Технически — ничто не мешает этому. С точки зрения физики, прошлое ничем не отличается от будущего и носит столь же вероятностный характер. С одной стороны, наше настоящее обусловлено определенной последовательностью событий, но с другой стороны, детали этих событий не так важны. Мы здесь находимся, потому что произошёл Исход людей, но, если бы он случился на месяц или год позже, это принципиально не изменило бы настоящее. Однако, существуют некоторые ограничения при применении этого принципа к прошлому и будущему.
— О чём вы?
— Мы не можем переместиться в прошлое дальше определённого временного периода, когда время и пространство ещё не были разделены. В начальные моменты большого взрыва все частицы были связаны между собой, и мы не можем туда переместиться. Наша волновая функция, так сказать, не помещается в это прошлое. А в будущее… границы перемещения в будущее ограничены теми же принципами, только степень нашей связи с будущим намного сильнее, чем с прошлым. Поэтому очень трудно попасть именно в свое будущее, разве что настолько далеко, когда наша связь с ним уже теряется и мы становимся незначительными.
Кириллу показалось что Митчелл что-то недоговаривала.
— Ладно, это не важно. Я попросила прийти вас, чтобы помочь мне изучить этот артефакт — Нагуаль. Что вы о нём знаете?
— Практически ничего, — пожал плечами Кирилл. — Дрорги назвали его когенератором.
— Интересно. Не поясните?
— Прибор, который меняет когеренцию людей или предметов и настраивает их волновую функцию на вибрацию другого мира. Но, как оказалось и ещё и другого времени.
— Этого не может быть! — удивилась она. — Но, как?
— Не знаю. Эти штуки были в Аиде. Анжелика схватила один из них. Вспышка света… Ну а дальше вы всё знаете.
Сьюзен глубоко задумалась.
— А что, если… — она не договорила, и поднесла кристалл к электронному микроскопу. Положив его в камеру, она стала колдовать с настройками прибора.
— Что вы задумали? — обеспокоился Лужин.
— Минутку… — она закончила с настройкой. — И-и-и, раз, два… — она не досчитала до трёх. В приборе что-то щёлкнуло. Вспыхнул свет, в глазах всё померкло.
Когда зрение вернулось, они увидели, что на столе не было ни микроскопа, ни компьютера. Кристалл Нагуаля с шумом упал на стол.
— Что это было? — удивилась Сьюзен. — Куда он делся?
— Я же говорил вам, не знаю. Это опасно! Не делайте больше так. Он исчез, должно быть перенёсся в другой мир.
* * *
Где-то в другом пространстве и другом времени шевельнулась бесформенная тёмная масса. Нечто неописуемо большое, невидимое и неосязаемое пришло в движение. В абсолютной темноте вспыхнула яркая точка. Невидимые силы потянулись к ней своими щупальцами. Сияние разрасталось и становилось ярче.
Генри Мартин почувствовал, как его сознание растаяло, и он был вырван из своего настоящего тела и брошен в пустоту. Он обратился к своему повелителю: «Владыка, ты призвал меня!»
«Твоё время пришло! Мы знаем, где они. Как и было определено, они привели нас в сердце Врага!»
Связь прервалась. Мартин вернулся в своё тело и теперь знал, что ему делать. Он достал Исток и сжал его в руке.
Станция дозорного поста «Большой глаз 12» располагалась в нескольких астрономических единицах от основной базы ХроноКома у красного карлика Прима на краю шарового скопления в созвездии Скальпель. Расположение базы тщательно скрывалось, и её координаты не фиксировались ни в одном бортовом журнале. Каждый навигатор запоминал эти координаты наизусть, и перед отставкой информация стиралась из воспоминаний офицеров ХроноКома. Хронолёты флота выходили из гиперпрыжков в шаровом скоплении, а затем навигаторы использовали известную только им тропу, чтобы добраться до главной базы. Эти меры были необходимы, чтобы предотвратить попадание точных координат базы в будущем в распоряжение Врага. Даже небольшая ошибка в координатах привела бы к промаху на световые годы и защитила бы базу от неожиданного нападения.
В пассивном режиме несколько десятков станций, подобных этой, сканировали космическое пространство в поисках подозрительных сигналов, которые могли свидетельствовать о появлении врага из космоса или другого времени.
Офицер Пирс Дрэгг заступил на вахту десять стандартных дней назад, и его смена подходила к концу. На протяжении этого времени все было тихо и спокойно. Была зафиксирована лишь вспышка сверхновой и несколько других катаклизмов в далёком космосе, но никаких подозрительных сигналов не было обнаружено.
