Гудз, выражаясь на интернет-сленге, убилась фэйспалмом. Медленно провела ладонью по лицу и тихо застонала. Шамова сложила руки на груди. Хорошо, будут им подробности. Олег сел в кресло-мешок и убил десять минут на рассказ о пабе “Ливерпуль”, рыжеволосой Скарлетт и своём провале с продолжением знакомства.
– Ты серьёзно сейчас или пытался поиграть в неопытного писателя? – нахмурилась Ленка. – История так себе.
– А мы не будем её рассказывать, – ответил Останин, пропуская сквозь пальцы бахрому. – Подадим всё проще. Вместо хрустальной туфельки у принца есть сумка. Но он так же, как в сказке, отчаянно ищет потерянную возлюбленную и хочет на ней жениться.
– Хештег “сумка золушки”, – подсказала Надя, заедая чай холодным круассаном.
– Безумие, – отрезала Шамова. – Тебе взорвут директ. Ты хоть представляешь, сколько девушек бросятся писать: “Олежа, какое счастье, что ты нашёлся. Ведь я – та самая!”.
– Миллион? – сморщился и прикрыл один глаз Останин.
– Если репостов не будет, то да, миллион. Но тебя же растащат по всему инстаграму. “Дешёвый и безвкусный хайп! У Останина кончилась фантазия!”. Феминистки подключатся. Господи, Олег, да радфемки тебе половину охвата сделают. Жалобами администрацию инсты закидают. Такую дичь сочинят, что не отмоешься.
– Технические специалисты мне на что? Пусть мониторят аккаунт.
– И всё равно давай не будем. У нас запуск скоро, прогревы идут. Ты сам себе противоречить будешь. Топишь за экологичность, аутентичность. Да что я распинаюсь? Артём в курсе?
Всё, до козырей дошли. Продюсера призывали в спор, как последнюю инстанцию. Он один имел право сказать: “Нет, такой ерундой мы страдать не будем”. Но девушкам не повезло.
– Я говорил с Артёмом. Он не в восторге от формы, но считает, что хайп нам поможет. Нужно только сделать его аккуратно. В том числе по визуалу. Времени до запуска мало, поэтому работаем.
Останин захлопал в ладоши, но кислое выражение с лиц фотографа и стилиста ушло только через две минуты. Начался мозгоштурм по выбору образа.
Я не была религиозной, но начала верить, что где-то во вселенной есть высшие силы, поддерживающие меня от всей души. Мало того что Васю наказали по всей строгости законов мирозданья, так ещё и мне помогли самым действенным способом. На следующий же день после разговора с Антюшиным директ атаковали девушки с заказом “вот такой сумочки”. Фотографии присылали одинаковые – бездарно обрезанные скрины. И требовали абсолютной секретности, на все вопросы отвечая “заплачу в два раза больше, если не будете совать свой нос в чужие дела”. Я была не против. Деньги лишними не бывают, тем более в моей ситуации. Пятнадцать срочных заказов, восемь из них за двойную плату, притом все как под копирку.
– Конвейер какой-то, – бормотала я, доставая лекала для сумки.
Забавно, что дизайн был до боли знакомым. Та самая бирюзовая красавица из моей последней коллекции. Выходит, я её потеряла не зря. Принесла в жертву вселенной, чтобы теперь получить денег в разы больше, чем рассчитывала.
Телефон зазвонил, когда я составляла список покупок. Моих запасов не хватало на такое количество клиентов.
– Пронто, – ответила я и прижала смартфон плечом.
– Алло, привет, Анют, – оживлённо щебетала Вика – коллега по цеху. – Тут с утра сумасшедший дом творится. Меня просто на части разрывают. Ты где такую рекламу заказала?
– Можно помедленнее? – хмыкнула я. – Почему как дурдом, так сразу я?
– У тебя надо спросить! – возмутилась хендмейдщица-универсал. – Ты мне эскизы сумок своих присылала, чтобы посоветоваться насчёт вышивки. Помнишь? Ну вот, а сейчас у меня двадцать семь красавиц, мечтающих получить одну из них. Первую я к тебе отправила, думала, ей готовая нужна. Ан нет! Им на заказ по фоткам подавай. Вот мне и интересно, где ты так засветилась?
– У клиенток спрашивала?
– Конечно, спрашивала, – сорвалась она на писк. – Молчат покруче Зои Космодемьянской. “Делайте, – говорят, – своё дело!” А я делаю, делаю. Так где рекламу брала?
– Где брала, уже не дают, – пробормотала я, окончательно переставая понимать, что происходит. – Лучше скажи, ты берёшь все эти заказы?
– Хотелось бы, – замялась она. – А ты не будешь против?
– Пятнадцать процентов с каждого чека, и я скину тебе материалы, – прищурилась я. Сама бы всё равно на такое количество клиентов не разорвалась бы, но дарить их конкурентке даром не хотелось. Всё-таки дизайн сумки – моя интеллектуальная собственность.
– Тогда подпишем бумажку, – хмыкнула Вика. – Будет чем от недовольных ценой клиенток отмахнуться.
Я рассмеялась. Знакомая собиралась заломить цену и оправдать это тем, что пришлось искать правообладателя, а ему за разрешение ещё нужно процент платить.
– Замётано, – согласилась я. – Вечером встретимся? Мне сейчас в салон нужно, я позвоню, как освобожусь.
– Ага, давай, не прощаюсь тогда, – сказала Вика и положила трубку.
