Прошёл месяц, а Олег снова сидел в пабе Ливерпуль и напивался от тоски. Вроде всё было нормально, готовился новый курс, Артём суетился с рекламой, но внутреннего драйва как не было так и нет. В наваристом супе жизни чего-то не хватало.
“Жениться тебе надо, сынок”, – проворчала бы мама.
Но она жила в своей деревне и не хотела жертвовать привычным комфортом ради того, чтобы поддерживать сына. Приходилось самому справляться. Убеждать себя, что всё хорошо. Что тридцать лет – самый расцвет и всё ещё впереди. Но проклятое одиночество сидело занозой в груди. Нет, сорок кошек ему не грозило, часики не тикали, но приятного тоже было мало. Огромные апарты в двести квадратов оставались пустыми и холодными. И всё чаще появлялся вопрос – а для чего он делает свои миллионные запуски? Вернее, для кого? Себе уже давно всё доказал, всего добился. Что дальше-то?
– Новые вершины, – философски усмехнулся Останин и обвёл мутным взглядом публику в баре.
Никого не узнавал. И сколько ни пытался осторожно навести справки, никто не выдавал Скарлетт. “Мало ли рыжих девушек сюда ходит. Особые приметы есть?” Не было их. Если не считать таковыми увлечённость кельтикой и хендмейд сумками. Что он о ней знал? Ничего. Почему пытался найти? Сам не понимал, что-то зацепило. Они прекрасно подходили друг другу. Со Скарлетт он чувствовал себя так легко, как ни с кем. Но прошёл месяц. Она могла вернуться к бывшему или найти кого-то другого.
“Лузер ты, Олежа, – смеялось подсознание голосом Артёма. – Лу-у-у-зер!”
Обычно он уходил от девушек. Молча, по-английски. Но тут с ним не захотели быть. И жгло это нестерпимо. Найти её стоило хотя бы затем, чтобы снова затащить в постель. Или сходить вместе на фестиваль фолк-музыки. Напиться там чёрного-пречёрного эля, танцевать ирландские танцы. С такими девушками не было скучно. Сколько ни заводи тем для разговора, она всегда найдёт что ответить. А потом снова исчезнет, как фейри в тумане поутру.
– Оставив сумку, будто Золушка туфельку, – усмехнулся Останин.
И ведь он её не выбросил. Сумку. Хранил в шкафу с непонятной надеждой снова увидеть хозяйку. Вручить ей потерю с претензией: “Я тебе не банковская ячейка”. Уникальная сумка, полностью ручная работа. Олег забрался под подкладку и увидел концы ниток, заправленные под стежки. Кто-то шил её по спец.заказу в единственном экземпляре. Иначе бы бирку приделал с названием мастерской, но ничего такого не было.
– Её должны помнить, – Останин полез в карман за телефоном. – Совсем новая сумка.
Хорошие фотографы хвастались расписанием, забитым на год вперёд. Но для основателя одной из самых успешных онлайн-школ всегда делали исключение.
“Надюша, – печатал Олег в директ. – А не слабо ли нам замутить фотосессию через пару часов? Контент подъехал. Бомба будет, обещаю. Хочу предметную съёмку и чуть-чуть своей рожи”.
Нажал на кнопку отправки и в три глотка допил эль. Жестом попросил счёт. Надя Гудзон, как обычно, начала мазаться.
“Олежа, ты в своём уме? Где я за два часа стилиста и визажиста тебе достану? Они на выездах все. Трудовой вечер в разгаре, плавно перетекающий в трудовую ночь”.
“Плачу по двойному тарифу, – смело пообещал Олег. – Знаю, что ты всё сделаешь на высшем уровне. Тема горячая и завтра уже перестанет быть актуальной. Не забывай простую истину. Успех – от слова “успеть”.
“Слушателей своих успешным успехом лечить будешь, – от Нади пришло три смайла подряд. – Говорю же, почти невозможная задача, но я поспрашиваю. Выезжай в студию. Нам же студия нужна?”
Другой разговор!
Останин мельком взглянул на цифру в чеке, приложил мобильник к терминалу и подхватил сумку, на ходу продолжая печатать. Кровь кипела, прогуляться хотелось. Такси можно и на улице вызвать.
“Да, студия подойдёт. Но подожди, я сначала домой за реквизитом заеду”.
“Что снимать-то будем? – занервничала Гудз. – Учти, я провокацию и эпатаж воспринимаю только в рамках УК РФ и других кодексов”.
“Расслабься. Хендмейд. И ещё раз расслабься. Не реклама. Точно не реклама, чем хочешь поклянусь. История у меня личная. Именно она на бомбу и тянет”.
“Заинтриговал, – Надя прислала своё селфи на фоне двери студии. Скорчила рожу. – Тащи свою задницу сюда. Лена, кажется, свободна. Шмотки будут”.
Отлично!
Олег закрыл инстаграм и зашёл в приложение вызова такси. Вечер в Москве был на удивление душным. Разгар лета. Самое время для безбашенных поступков. После его поста в стиле принца из сказки “Золушка” рыжеволосую Скарлетт будут искать все.
Я с трудом выбрала, в чём идти на встречу с Давыдовым. Трижды переодевалась и поменяла с десяток сумочек. Не получалось у меня подобрать подходящий образ. Не хотелось показаться ему жертвой. Вопить: “Ах, ты, сволочь, меня обрюхатил и бросил! Ты во всём виноват!”
Рассчитывала, что смогу переговорить с ним спокойно. Не знаю, о чём конкретно. Обсуждать алименты и дни, когда ребёнок будет навещать папу? А если ему вообще продолжение рода никуда не упёрлось? Ну не хочет он детей. Буду выглядеть круглой дурой!
