Возражение 2. Далее, Новый Закон – это «закон Духа» (Рим. 8:2), а «где Дух Господень, там – свобода» (2 Кор. 3:17). Но когда человек обязан совершать или не совершать те или иные внешние поступки, никакой свободы у него нет. Следовательно, Новый Закон не должен предписывать или запрещать какие-либо внешние акты.
Возражение 3. Далее, все внешние акты мыслятся как приписываемые руке, в то время как внутренние акты принадлежат уму. Но одним из отличий Старого Закона от Нового считается то, что «Старый Закон удерживает руку, тогда как Новый Закон обуздывает волю»[223]. Следовательно, Новому Закону не надлежало предписывать или запрещать какие-либо внешние акты, но – только акты внутренние.
Этому противоречит следующее: благодаря Новому Закону люди стали «сынами света», о чем читаем: «Веруйте в Свет, да будете сынами Света» (Ин. 12:36). Но очевидно, что сыны света должны совершать дела света и отвергать дела тьмы, согласно сказанному [в Писании]: «Вы были некогда тьма, а теперь – свет в Господе. Поступайте, как чада Света» (Еф. 5:8). Следовательно, Новому Закону надлежало запретить некоторые внешние акты и предписать другие.
Отвечаю: как уже было сказано (106, 1, 2), Новый Закон является по преимуществу благодатью Святого Духа, проявляющейся через посредство действующей любовью веры. Затем, люди становятся восприемниками этой благодати благодаря вочеловечившемуся Сыну Божию, исполненному благодатью человечности, впоследствии излившейся на нас. По этой причине читаем: «Слово стали плотию», и далее: «…полное благодати и истины», и далее: «…от полноты Его все мы приняли и благодать на благодать». И, наконец, что «благодать и истина произошли чрез Иисуса, Христа» (Ин. 1:14-17). Из всего этого следует, что истечение благодати от воплотившегося Слова нам надлежало сообщить через посредство некоторых внешних чувственных объектов, а также что из этой внутренней благодати, посредством которой плоть подчинена Духу должны проистекать некоторые внешние дела.
Таким образом, внешние акты могут быть связаны с благодатью двояко. Во-первых, как некоторым образом подвигающие к благодати. И таковы установленные Новым Законом священнодействия, например, крещение, евхаристия и т. п.
Во-вторых, существуют такие внешние акты, которые следуют из побуждений благодати, и здесь нам должно проводить различение. В самом деле, существуют такие акты, которые обязательны для сохранения или же противоположны внутреннему [состоянию] благодати, которое состоит в действующей любовью вере. Такие внешние дела Новым Законом предписаны или запрещены; так [например] исповедание веры предписано, а отвержение веры запрещено, о чем читаем: «[Всякого] кто исповедает Меня пред людьми, – того исповедаю и Я пред Отцом Моим… а кто отречется от Меня пред людьми – отрекусь от того и Я пред Отцом Моим» (Мф. 10:32, 33). С другой стороны, существуют дела, которые не обязательны для сохранения или же не противоположны действующей любовью вере. Такие дела не были предписаны или запрещены Новым Законом путем простого установления, но были оставлены Законодателем, то есть Христом, на усмотрение каждого индивида. И относительно этого каждый волен решать, что он должен делать и чего избегать, а также каждый начальствующий волен решать, к чему ему направлять своих подчиненных и от чего отвращать. Это одна из причин, почему Евангелие названо «законом свободы» – ведь Старый Закон определял очень многое и оставлял на усмотрение человека совсем мало для его [свободного] выбора.
Ответ на возражение 1. Царство Божие состоит по преимуществу во внутренних актах, но во вторую очередь и все то, что присуще внутренним актам, тоже принадлежит Царству Божию. Так, если Царство Божие есть внутренняя праведность, мир и духовная радость, то все внешние акты, которые несовместимы с праведностью, миром и духовной радостью, противны Царству Божию и, следовательно, подлежали запрету Евангелием Царства. С другой стороны, то, что в отношении вышеуказанного безразлично, например вкушение той или иной пищи, не является частью Царства Божия, по каковой причине апостол и говорит, что «Царствие Божие – не пища и питие».
Ответ на возражение 2. Как говорит Философ, свободное существует ради самого себя[224]. Следовательно, свободно действует тот, кто действует по собственному согласию. Затем, человек поступает по собственному согласию тогда, когда поступает по соответствующему его природе навыку, поскольку навык склоняет как своего рода вторая природа. Однако если бы навык был противен природе, то человек действовал бы не согласно своей природе, а согласно некоторой воздействующей на его природу порче. И коль скоро благодать Святого Духа подобна внутренне дарованному нам навыку и склоняет нас к праведным действиям, то с её помощью мы свободно делаем то, что приличествует благодати, и избегаем того, что ей противно.
