Ответ на возражение 5. Иные говорят, что для совершенного любая ложь является смертным грехом. Но такое утверждение неразумно. Ведь обстоятельство может сделать грех бесконечно более тяжким только в том случае, если обусловит его приведение к другому виду. Но обстоятельство человека не сообщает греху другого вида иначе, как только в отношении чего-то к человеку добавленного, например, когда оно противоречит его клятве, чего не может быть в случае услужливой или шутливой лжи. Поэтому услужливая или шутливая ложь совершенных людей не является смертным грехом (разве что акцидентно — по причине злословия). В указанном смысле и следует понимать слова Августина о том, что предписанием совершенства является «не только никогда не лгать, но и не желать лгать», тем более что он говорит это не утвердительно, а предположительно, поскольку завершает словами: «Если, конечно, это можно считать предписанием». То же, что они призваны защищать правду, в данном случае не является непреложным фактом, поскольку в силу своего служения они обязаны защищать правду при обучении и вынесении суждений, и в отношении этих вещей их ложь является смертным грехом, но из этого вовсе не следует, что они совершают смертных грех в отношении всего остального.
Вопрос 111.О ЛИЦЕМЕРИИ И ПРИТВОРСТВЕ
Соблюдая должную последовательность, мы приступаем к рассмотрению лицемерия и притворства. Под этим заглавием наличествует четыре пункта: 1) всякое ли притворство является грехом; 2) является ли лицемерие притворством; 3) противоположно ли оно правде; 4) является ли оно смертным грехом.
Раздел 1. ВСЯКОЕ ЛИ ПРИТВОРСТВО ЯВЛЯЕТСЯ ГРЕХОМ?
С первым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что не всякое притворство является грехом. Так, [в Писании] читаем, что Господь «сделал вид, что хочет идти дальше»719 (Лк. 24:28), а Амвросий в своей книге о патриархах пишет об Аврааме, что тот «слукавил, когда сказал своим слугам: «Я и сын пойдем туда, и поклонимся, и возвратимся к вам"" (Быт. 22:5). Но делать вид и лукавить — значит притворяться, однако никоим образом нельзя думать, что в Христе или Аврааме наличествовал какой бы то ни было грех. Следовательно, не всякое притворство является грехом.
Возражение 2. Далее, никакой грех не приносит пользы. Но, как говорит Иероним в своем комментарии к словам [из «Послания к галатам"] «когда же Петр пришел в Антиохию» (fan. 2, 11), «пример царя Израильского Ииуя, который, сделав вид, что хочет поклониться идолам, истребил служителей Ваала, учит нас, что притворство бывает полезным и подчас можно к нему прибегать». И Давид «изменил лицо свое» пред царем Анхусом «и притворился безумным» (1 Цар. 21:13). Следовательно, не всякое притворство является грехом.
Возражение 3. Далее, добро противоположно злу. Следовательно, если притворяться добрым — это зло, то притворяться злым — это добро.
Возражение 4. Кроме того, [Писание] осуждает тех, которые «о грехе своем... рассказывают открыто, как содомляне, не скрывают» (Ис. 3:9). Но скрывать грех — значит притворяться. Выходит, что отсутствие притворства подчас предосудительно. Но уклонение от греха не может быть предосудительным. Следовательно, притворство не является грехом.
Этому противоречит следующее: глосса на слова [Писания]: «Чрез три года...» и т. д. (Ис. 16:14), говорит: «Уж лучше грешить открыто, чем притворяться святым». Но грешить открыто — это всегда грех. Следовательно, притворство — это всегда грех.
Отвечаю: как уже было сказано (109, 3; 110, 1), добродетели правды свойственно посредством внешних знаков показывать нечто таким, каким оно есть. Однако внешними знаками являются не только слова, но и дела. Поэтому подобно тому, как правде посредством слов противно показывать то, что отлично от находящегося в уме, точно так же правде противно при помощи знаков поступков или вещей показывать противоположное тому, что есть на самом деле, что непосредственным образом делается посредством притворства. Таким образом, притворство в собственном смысле слова есть ложь, сообщаемая посредством знаков внешне исполненных дел. Но нами уже было сказано (110, 1), что нет никакой разницы в том, представлена ли ложь словами или как-либо иначе. Таким образом, коль скоро любая ложь, как было разъяснено выше (110, 3), является грехом, из этого следует, что и притворство является грехом.
