Вопрос 17. О единстве бытия Христа
Раздел 1. Един ли Христос или двояк?
С первым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что Христос не един, а двояк. Так, Августин говорит: «Поскольку образ Божий принял образ раба, постольку Он есть как Бог – по причине воспринимающего Божества, так и Человек – по причине воспринятого человечества»[251]. Но «как…, так и…» можно говорить только тогда, когда налицо два. Следовательно, Христос двояк.
Возражение 2. Далее, где есть иное и иное, там налицо два. Но Христос есть иное и иное, поскольку, по словам Августина, «находясь в образе Бога, Он принял образ раба…, будучи то и другое – одно, но иное – как Слово, и иное – как Человек»[252]. Следовательно, Христос двояк.
Возражение 3. Далее, Христос есть не только Человек, поскольку если бы Он был только Человеком, Он не был бы Богом. Таким образом, Он есть нечто еще помимо Человека, и потому в Христе есть одно и другое. Следовательно, Христос двояк.
Возражение 4. Далее, Христос есть в чем-то тем же, что и Отец, и в чем-то не тем же, что и Отец. Поэтому Христос есть одно и другое. Следовательно, Христос двояк.
Возражение 5. Далее, как в тайне Троицы есть три Лица в одной Природе, так и в тайне Воплощения есть две природы в одном Человеке. Но по причине единства Природы, несмотря на различие Лиц, Отец и Сын едины, согласно сказанному [в Писании]: «Я и Отец – одно» (Ин. 10:30). Следовательно, по причине двоякости природы, несмотря на единство Лица, Христос двояк.
Возражение 6. Далее, Философ говорит, что «один» и «два» сказываются отыменно[253]. Но в Христе наличествует двоякость природ. Следовательно, Христос двояк.
Возражение 7. Кроме того, как говорит Порфирий, если акцидентная форма делает нечто иным, то субстанциальная форма делает нечто другое. Но в Христе наличествует две субстанциальные природы, человеческая и божественная, и потому Христос есть нечто одно и нечто другое. Следовательно, Христос двояк.
Этому противоречат следующие слова Боэция: «То, что есть, коль скоро оно есть, едино»[254]. Но мы признаем, что Христос есть. Следовательно, Христос един.