Этому противоречит сказанное [в Писании]: «Хотя Он и Сын, однако страданиями навык послушанию» (Евр. 5:8), то есть, как говорит глосса, «приобрел опыт». Следовательно, в душе Христа наличествовало эмпирическое знание, каковое суть знание приобретенное.
Отвечаю: как это явствует из вышесказанного (1), все, что Бог насадил в нашей природе, наличествовало и в той человеческой природе, которая была принята Словом Божиим. Но очевидно, что Бог внедрил в человеческую природу не только пассивный, но и активный ум. Поэтому нам надлежит говорить, что в душе Христа наличествовал не только пассивный, но и активный ум. Но если в других вещах, как говорит Философ, Бог и природа ничего не делают всуе[148], то тем более ничего не может быть всуе в душе Христа. Далее, как сказано во второй [книге трактата] «О небе», то, что не осуществляет свойственной ему деятельности, [бессмысленно и] бесцельно[149]. Затем, свойственной деятельностью активного ума является приведение интеллигибельных видов к актуальности посредством абстрагирования их из образов, по каковой причине сказано, что активный ум есть то, «посредством чего все делается актуальным»[150]. Поэтому надлежит утверждать, что в Христе наличествовали интеллигибельные виды, полученные пассивным умом благодаря действию ума активного, что означает, что в Нем наличествовало то приобретенное знание, которое некоторые называют эмпирическим. Поэтому (хотя я [некогда] и утверждал обратное) [ныне] я говорю, что в Христе наличествовало приобретенное знание, которое свойственно человеческому способу познания как со стороны приобретающего [его] субъекта, так и со стороны активной причины, поскольку это знание возникло из естественного для человеческой души активного ума Христа. Всеянное же знание усваивается душе по причине нисходящего в нее свыше света, и этот способ познания роднит ее с ангельской природой, тогда как блаженное знание, посредством которого созерцается самая Сущность Бога, является свойственным и естественным для одного только Бога, о чем уже было сказано в первой части (12, 4).
Ответ на возражение 1. Существует двоякий способ приобретения знания, а именно путем [самостоятельного] постижения и путем обучения [другими], и при этом [самостоятельное] постижение является более возвышенным способом, а обучение – вторичным, в связи с чем читаем, что «тот наилучший над всеми, кто всякое дело способен сам обсудить…. Чести достоин и тот, кто хорошим советам внимает»[151]. Следовательно, Христу в большей степени приличествовало обладать знанием, приобретенным путем [самостоятельного] постижения, нежели знанием, приобретенным посредством обучения, поскольку Ему надлежало быть Учителем всех, согласно сказанному [в Писании]: «Радуйтесь о Господе, Боге вашем, ибо Он даст вам Учителя праведности»[152](Иоиль. 2:23).
Ответ на возражение 2. В человеческом уме наличествует двоякое отношение. Одно – к более возвышенным вещам, и с этой стороны душа Христа была полна всеянным знанием. Другое является отношением к низшим вещам, то есть к образам, которые по природе подвигают человеческий ум в силу способности активного ума. Но было необходимо, чтобы и с этой стороны душа Христа была исполнена знанием. Не потому, конечно, что первая полнота не является достаточной для человеческого ума как такового, но потому, что ему приличествовало быть приведенным к совершенству также и в том, что касается образов.
Ответ на возражение 3. Приобретенный и всеянный навыки нельзя отнести к одной и той же категории. В самом деле, навык к приобретенному знанию возникает благодаря отношению человеческого ума к образам, вследствие чего приобретение другого навыка того же самого вида невозможно. Но навык к всеянному знанию обладает иной природой, поскольку привходит в душу не от образов, но – свыше. Следовательно, сопоставление этих двух навыков некорректно.
