Ответ на возражение 2. Бог знает Свою Сущность более совершенно, чем душа Христа, поскольку Он разумеет ее. Поэтому Он знает не только все то, что в то или иное время является актуальным, каковые вещи Он, говорят, знает знанием видения, но и все то, что Он мог бы когда-либо сделать, каковые вещи Он, говорят, знает простым умным знанием, о чем уже было сказано нами в первой части (I, 14, 9). Таким образом, душа Христа знает все то, что Бог знает в Себе знанием видения, но не все то, что Бог знает в Себе простым умным знанием, и в этом смысле Бог знает в Себе намного больше вещей, чем знает душа Христа.
Ответ на возражение 3. Объем знания зависит не только от количества знаемых вещей, но и от ясности знания. Поэтому хотя знание души Христовой, которым Он обладает в Слове, с точки зрения количества знаемого равно знанию видения, однако знание Бога бесконечно превышает знание души Христовой с точки зрения ясности знания, поскольку несотворенный свет божественного Ума бесконечно превосходит любой сотворенный свет, обретенный душою Христа. Впрочем, в строгом смысле слова божественное знание превосходит знание души Христа не только со стороны модуса знания, но и со стороны количества знаемого, о чем уже было сказано.
С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что душа Христа не может знать бесконечность в Слове. В самом деле, знание бесконечного противоречит определению бесконечного, о котором сказано, что оно «есть там, где, беря некоторое количество, всегда можно взять что-нибудь за ним»[160]. Но представляется невозможным, чтобы определение было отделено от определяемой вещи, поскольку это означало бы совместное существование противоположностей. Следовательно, невозможно, чтобы душа Христа знала бесконечность.
Возражение 2. Далее, знание бесконечности само бесконечно. Но знание души Христовой не может быть бесконечным, поскольку оно сотворено и вместимость его конечна. Следовательно, душа Христа не может знать бесконечность.
Возражение 3. Далее, нет ничего большего бесконечности. Но нами уже было сказано (2) о том, что в строгом смысле слова божественное знание больше знания души Христовой. Следовательно, душа Христа не знает бесконечность.
Этому противоречит следующее: душа Христа знает всю свою силу и все, что она может делать. Но она может очистить от бесконечного количества грехов, согласно сказанному [в Писании]: «Он есть умилостивление за грехи наши (и не только за наши, но и за грехи всего мира)» (1 Ин. 2:2). Следовательно, душа Христа знает бесконечность.
Отвечаю: знание касается только бытия, поскольку бытие и истина сказываются друг о друге. Затем, о чем-либо можно говорить как о сущем двояко: во-первых, просто, то есть как о том, что существует в действительности; во-вторых, относительно, то есть как о том, что существует в возможности. И коль скоро, как сказано в девятой [книге] «Метафизики»[161], все познается постольку, поскольку оно актуально, а не поскольку оно потенциально, знание первично и сущностно относится к актуальному бытию и только вторично – к потенциальному, которое познаваемо не само по себе, а так, как оно известно тому, в чьей власти оно находится. Таким образом, если речь идет о первом модусе знания, то душа Христа не знает бесконечности. В самом деле, актуально бесконечного количества не существует, причем даже когда под этим подразумевается все, что когда-либо было, есть или будет актуальным, поскольку состояние возникновения и уничтожения не вечно. Поэтому конечным является не только количество того, что уже возникло и уничтожилось, но и того, что способно возникнуть и уничтожиться. А вот если речь идет о втором модусе знания, то душа Христа знает бесконечное количество вещей в Слове, поскольку она, как уже было сказано (2), знает все, что находится во власти твари. Следовательно, коль скоро во власти твари наличествует бесконечное количество вещей, она знает бесконечность, однако не знанием видения, а, так сказать, своего рода простым умным знанием.
