— Да у меня и в мыслях не было… — попытался возразить самец.
— Если у тебя обоняние отшибло, и ты не можешь издали отличить самку от незрелого самца, то у меня-то пока с обонянием все в порядке, — фыркнула Греза и демонстративно сняла пальцем ползущую по его шее прозрачную каплю.
— Это после преследования дичи, — смущено пробормотал Сумрак.
— Ну-ну, — дернула максиллой Греза и двинулась вперед, на ходу вытирая палец о дерево.
Воин подобрал копье и поспешил за ней. Как-то глупо он себя сейчас чувствовал…
Пробираясь через лес, они долго молчали. Самец ощущал всенарастающую неловкость. Самка оставалась невозмутимой. Она вела себя сейчас настолько уверенно и бесстрашно, будто приходилась ему старшей сестрой. Сразу живо вспоминались моменты, когда подросшие дочери Загадки в жесткой манере ставили заигравшегося брата на место. Греза поступала весьма похожим образом, даром что была на пару лет младше Сумрака.
— Как успехи с Серым? — наконец, решился нарушить тишину Сумрак. Он специально задал неприличный и провокационный вопрос. Пусть ей тоже станет неловко.
— Да так же, — отмахнулась с неожиданным спокойствием Греза. — Ходит за мной, как теленок-переросток, видать, решил измором взять…
— Послушай, это, конечно, дело не мое… — самец нагнал ее и заглянул в лицо, чтобы лучше видеть реакцию. — Но ведь ты оказалась в его гареме… добровольно? Чем же недовольна сейчас? Только хорошего мужика мучаешь… А он, по всей видимости, во всем тебе потакает, даже, вон, под замок не посадил — ходишь, где хочешь, достаешь, кого хочешь…
«Заткнись», — предостерегающе сказал голос в его голове.
— Так-то оно так, — слегка виновато ответила самка и вдруг потупилась. — И он неплохой, ты прав… Но не могу. Не могу и все. Он даже моего отца старше… Когда пошла за ним, думала, все привыкают, и я привыкну. Другие самки к нему так и липнут, а я как подумаю…
— Так, может, стоит не думать, а попробовать? — вкрадчиво произнес самец.
«Заткнись! ЗАТКНИСЬ!!!»
— Сам и пробуй, — рыкнула Греза, уходя от него.
Сумрак, наконец, внял внутреннему голосу и таки заткнулся. Греза с минуту сердито помолчала, но потом зачем-то взялась объяснять:
— Статус, ты же понимаешь. Мне повезло родиться той, кто я есть. Но без высокорангового партнера я никто. У меня было два варианта: дать согласие Серому, и немедленно подтвердить свое происхождение, либо выбрать кого попроще, и потом год за годом доказывать, кто я есть, самостоятельно. В любом случае, еще один Сезон в запасе у меня остается, прежде чем Серый потеряет интерес, наверное, за это время как-то подготовлюсь морально.
— Ну, удачи, — как можно более отстраненно сказал Сумрак, внутренне неприятно осознав, что «кто-то попроще» — это он.
Сумрак бросил в коридоре традиционную истекающую кровью плату за женское внимание и, удивившись, что его опять никто не встречает, прошел в зал. Откинув занавес, самец слегка опешил, увидев, что самки начали без него.
Глядя на ползающее и стонущее переплетение тел, он изумленно раскрыл пасть и заинтересованно вывернул шею. Самки его даже не замечали. Он не мог с определенностью сказать, нравилось ли ему это зрелище. Это было… необычно… С одной стороны, хотелось досмотреть и узнать, чем данное действо окончится. С другой, возникла навязчивая мысль разбавить это неестественное скопление собой. И одновременно было слегка противненько туда лезть. Количество слюней впечатляло, раздающиеся звуки он также оценил.
Через несколько минут созерцания однополых игрищ, Сумрак решился-таки привлечь внимание самок, которые до сих пор упорно игнорировали его присутствие.
— Ну, я тогда, наверное, пошел? — громко сказал он и медленно повернулся к двери, как бы приготовившись покинуть помещение.
— Сюда иди, болван! — прикрикнула на него Осень, поднимая голову. Понятно, все они замечают, просто вида не подают, наверное, опять на нем свои эксперименты ставят…
Но пришлось послушаться. Почему-то создавалось впечатление, что Осень осталась крайне недовольна его утренним побегом.
Подходя, Сумрак невольно отметил, что друг друга сестры не грызли, как его, и когтями так сильно тоже не ранили. Дискриминация какая-то…
Прорва при его приближении одним рывком подскочила, стряхнув с себя младших сестер, и сделала встречный шаг в его сторону, глухо зарычав. Самец медленно склонился и заискивающе посмотрел на нее, после чего плавно, без резких движений перетек к ее ногам и повторил трюк с обниманием коленей. Подняв на самку честные и преданные глаза, от взгляда которых можно было на месте растаять, он чуть слышно произнес:
— Госпожа? Надеюсь, ты сегодня меня не покинешь? Без тебя вчера мне все было не в радость…
Это подействовало на нее безотказно. Прорва заметно расслабилась, и ее разгневанный рык постепенно перешел в удовлетворенное ворчание. Она опустилась перед коленопреклоненным самцом на корточки и с шумом жарко выдохнула ему в лицо, заставив на секунду зажмуриться.
— Не бойся, не покину, — с легкими зловещими нотами в голосе пообещала она и надвинулась на самца, вынуждая его лечь на спину.