Справедливости ради, стоит отметить, что сам Сумрак был поражен тем, что с ним творится, не меньше… Он впервые чувствовал себя так. Периодически самец будто бы просто отключался, теряя действительность, и тогда во всем его мозгу оставалась единственная мысль, в мгновение ока вытеснявшая все остальные: «Только моя!» А в следующий момент самец обнаруживал что уже во всю овладевает самкой. Из его горла то и дело бесконтрольно вырывались странные новые звуки. Клокочущей волной они поднимались откуда-то из глубины груди и заставляли все его тело мелко содрогаться. И самка начинала изгибаться, содрогаясь в такт, как только он проникал в нее.
С прежними партнершами такого не было. В разгаре несдержанных оргий они не раз доводили его до бессознательности, до беспамятства, до самой грани потери рассудка, пьяня зрелыми ароматами и пленяя изощренными ласками, но, приходя в подобное состояние, самец был готов повиноваться и выполнять все их желания, а вовсе не воплощать свои. Правила игры всегда задавали самки, даже, если этими правилами предусматривалось его весьма жесткое поведение. Спаривание инициировали тоже они, хоть часто и не явно, делая пару соблазнительных движений и создавая у самца иллюзию остающегося за ним первого шага. Но только иллюзию. И еще кое-что… Во время соитий с тремя сестрами Сумрак рычал, стонал, урчал от удовольствия… Но ни разу не пел.
И, хотя Сумрак сейчас был не в состоянии этого осознать, происходящее объяснялось весьма просто: впервые получив в свое распоряжение девственную самку моложе себя, он неосознанно начал демонстрировать типичное доминирующее поведение старших самцов. Он попросту токовал перед Грезой! И пусть такое ухаживание заключалось всего лишь в неотрывном следовании за избранницей с попытками покрыть ее, как только та зазевается, оно было весьма эффективным, хоть и не всегда саму самку устраивало.
- Все, хорош! – наконец огрызнулась самка, все-таки найдя в себе силы решительно стряхнуть в очередной раз осаждающего ее самца. Пока озадаченный и потому ненадолго пришедший в себя Сумрак соображал, что к чему, она бросилась в воду и попыталась уплыть на противоположный берег. Но партнер довольно быстро сориентировался и плюхнулся вслед за ней, догнав в два счета, проворно обхватив одной рукой и развернув к себе лицом. Они остановились на середине реки, и течение медленно повлекло их прочь.
- Кто-то сегодня не в настроении? – промурлыкал Сумрак, неторопливо заплывая под самку.
- Кто-то меры не знает! – прошипела она.
- Просто мера у каждого своя, – лукаво возразил самец, а затем, помолчав немного, добавил с заговорщической интонацией: – А в воде мы с тобой еще не пробовали…
Греза измученно закатила глаза, чувствуя, как что-то уже подозрительно тычется ей в живот.
- Ниже… – обреченно проговорила она.
Примерно через час произошло чудо: самец наконец-то пресытился любовными играми и успокоился. Паре удалось-таки вымыться, после чего Сумрак нырнул и выловил из реки вкусное и питательное рыбообразное существо, чтобы накормить самку. Пока Греза с жадностью ела, он лежал рядом с ней на берегу и изредка дотрагивался до ее ног или спины вожделеюще дребезжа, но спариваться больше не лез.
Потом они вместе вернулись к челноку, где Греза сразу со стоном повалилась в кресло. День только начался, а самке уже хватило впечатлений на неделю вперед… Пока она отдыхала, Сумрак прибирался в кабине, собирая раскиданное обмундирование. Наблюдая за ним, Греза опять погрузилась в размышления, касающиеся теперь уже не только минувшей ночи, но и всего сегодняшнего беспредела. Ей поневоле начала закрадываться тягостная мысль, а уж не сменила ли она шило на мыло? Серый обхаживал ее только, чтобы получить доступ к ее телу, и это Грезу бесило. Сумрак же выгодно выделялся на его фоне, прежде всего, не своей молодостью, а живым умом, покладистым характером и, на первый взгляд, неподдельным интересом к личности самки. Но куда, позвольте спросить, теперь все это подевалось? Лишь только удостоившись статуса ее избранника, он немедленно возвел в приоритет физическую сторону отношений, игнорируя чувства Грезы. Может, он вообще все это время умело притворялся кем-то другим, осуществляя коварный план по заманиванию доверчивой самки в свои сети? Не поспешила ли она с выбором?
По всему было ясно, что юную самку спровоцировал на необдуманные действия какой-то сезонный скачок гормонов… А сейчас, после удовлетворения первого зова природы, к ней пришло неотвратимое и горькое отрезвление. Похоже, Сумрак был не тем, за кого себя выдавал. Или это она, глупая, приняла его за того, кем на самом деле хотела бы его видеть.