Греза высвободилась из его рук и не без труда встала, придирчиво оглядев себя и самца. Ниже пояса партнеры были сплошь покрыты засохшей пленкой свидетельств ночной одержимости. Сумрак тоже поднялся из кресла и вдруг без лишних слов попытался снова обхватить самку. Греза тем не менее уклонилась от его объятий, ибо от ее внимания не скрылось, что он уже опять в полной «боевой готовности». Она и не представляла, что Сумрак окажется настолько похотливым самцом…
- Пошли-ка мыться, – строго сказала Греза, подбирая с пола одеяние и набрасывая его на себя. Вынужденно оставив на время свои домогательства, Сумрак также прикрыл срам, следуя ее примеру, и послушно разблокировал выход. Не дожидаясь помощи, Греза самостоятельно спрыгнула с высокой подножки и решительно зашагала в сторону реки, даже не оборачиваясь.
Сумрак слегка отстал, закрывая транспорт, но вскоре без труда догнал самку. Приближаясь, он невольно окинул ее взглядом, действительно найдя ее походку старанноватой. Похоже, ночью он и впрямь перестарался… Он плохо себя контролировал в тот момент – и свои слова, и свои поступки. Да и сейчас… Сейчас с ним начинало происходить нечто необъяснимое. Наблюдая за передвижением Грезы и улавливая ее аромат Сумрак вдруг поймал себя на опасной мысли: вместо того, чтобы сочувствовать, у него появилось желание зажать ее где-нибудь и немного добавить…
Теперь, когда табу было снято, самцу постоянно хотелось спариваться с ней, и он уже не мог найти ни единой достойной причины этого не делать. Стоило один раз дать волю своим инстинктам, и вот уже не было никакой возможности их обуздать… Что ж, самочка, терпи, сама хотела…
Он честно пытался держать себя в руках, но уже не мог, словно его действиями руководил какой-то поселившийся в нем зловредный демон. Внутреннее напряжение все нарастало, загоняя чувства и мораль в дальний угол и заставляя отступать неумолимо сдающий позиции разум.
В результате, на протяжении всего пути через лес обескураженная Греза только и делала, что отбивалась от нападок ополоумевшего в своем желании самца. Бедная самка была в абсолютном шоке от произошедших с ним изменений: он словно бы не понимал слов, на возражения отвечал, как полная сволочь, либо не отвечал вообще. Его лицо пугающе исказилось гримасой вожделения, по груди и ногам потек ручейками густой секрет с одуряющим запахом, интеллект в глазах отсутствовал. Сумрак то и дело распускал руки, с порыкиванием дыша самке в затылок, норовя прижать избранницу к дереву или повалить на землю. Греза уворачивалась и ускоряла шаг, но он неизменно ее настигал, преследуя, точно дикий зверь. С грехом пополам они все-таки дошли до реки, но дальше вид обнаженной возлюбленной, поливающей свое тело прохладной водой, вновь вскружил Сумраку голову, заставив забыть обо всем на свете и бессовестно полезть к самке.
- Угомонись, маньяк! – взвизгнула она. – Я еще с ночи не отошла!
- А ты в курсе, что клин клином вышибают? – веско заметил Сумрак, назойливо пристраиваясь к выворачивающейся партнерше.
И вымотанной Грезе ничего не оставалось, кроме как уступить. Во-первых, ответственность за ситуацию целиком лежала на ее плечах, во-вторых, Сумрак был как минимум сильнее, а в-третьих – и это оказалось решающим моментом – устоять перед феромоновым натиском жаждущего молодого самца было выше ее сил.
Она-то думала, это Серый настойчив… Как же Греза ошибалась. Неожиданно дорвавшемуся до нее Сумраку теперь все было мало, и он явно вознамерился получать интим по первому требованию. Стоило ей лишь на минуту потерять бдительность, ополаскиваясь, а он уже оказался тут как тут. Стоило ей подумать, что, будучи удовлетворенным, он хотя бы ненадолго отстанет, как ситуация повторилась.
И не то, что бы Грезе не нравился секс с ним, как раз даже наоборот. Но она откровенно устала и была не в восторге оттого, что Сумрак резко взял моду вот так идти напролом с неотвратимостью бронетранспортера. Неужто на этом вся романтика и закончилась? Стало быть, пока она была для него недоступна, он был чуток, внимателен и заботлив, а стоило ей перейти в его полное распоряжение, сразу принял как должное? Мать говорила, что все они, мужики, такие, но Греза даже не подозревала, насколько она может быть права…
Короче говоря, пока Греза совершала безуспешные попытки вникнуть в происходящее, самец, даром времени не теряя, покрыл ее еще трижды. При этом он уже не разменивался на слова и прелюдии, а с абсолютно непринужденным, если не сказать будничным, видом подходил и приступал к спариванию. Греза пыталась давать отпор, но быстро с ужасом убедилась в том, что это абсолютно бесполезно. Нахальный самец, возбудившись до предела, пустил в ход не только свои феромоны… Сумрак полностью застал самку врасплох, когда внезапно принялся сопровождать свои действия необычными вибрирующими трелями, от звуков которых партнершу на время словно бы сковывал паралич, не позволяющий сопротивляться.