С другой стороны… Речь ведь все-таки шла о самце. А они все теряют голову в Сезон. Так, может, его поведение было и нормальным для гона? Да, он достойно справлялся со всеми искушениями, пока Греза ему не принадлежала, но, когда она ему отдалась, к чему оставалось сдерживаться? Он попросту слетел с тормозов и, наверное, было бы наоборот странно, не произойди подобное. Кроме того, вся ирония заключалась в том, что при отсутствии ожидаемого физического внимания со стороны Сумрака Греза разочаровалась бы еще больше! Боги, так чего же она хотела на самом деле???
Воин тем временем закончил развешивать доспехи и вернулся к самке. Греза с тревогой поглядела на него. «Передохнул, сейчас снова полезет…» – мелькнуло в ее голове. Но Сумрак неожиданно опустился перед ней на корточки и, поглядев на самку с прежней нежностью, забрал ее руки.
- Я должен ненадолго оставить тебя, любимая, – тихо сказал он. – Нужно уладить кое-какие формальности…
- …любимая? – переспросила самка, привставая, словно в попытке лучше расслышать его слова. – Так ты, стало быть, чувствуешь ко мне что-то кроме жажды удовлетворения собственной похоти?
Сумрак изумленно поджал жвала, похоже, немало задетый этими словами, и воззрился на самку со смесью недоумения и осуждения.
- Ну разумеется, глупая ты самка… – наконец проворчал он. – Не ожидал…
Греза застрекотала, не давая ему закончить фразу, и притянула самца к себе.
- Так скажи мне, что ты чувствуешь, – произнесла она, проникновенно заглядывая ему в глаза.
- Я люблю тебя, Греза, дочь Желанной, – прошептал Сумрак. – Люблю с самой первой нашей встречи.
А ведь это и было все, что она хотела знать и слышать...
- Почему же молчал? – Греза еще слегка недоверчиво прищурилась.
- Охотнику не пристало бросаться откровениями…
- А теперь?
- А теперь я – твоя беспомощная жертва, – голова Сумрака медленно поникла. – Потому что в твоем присутствии я теряю разум, Греза, теряю себя… Что может быть страшнее? И сейчас я молю тебя о снисхождении. Если можешь, прости меня за все, что я совершил, и все, что еще совершу…
Сказав так, он, не дожидаясь ответа, ласково потерся о ее шею ротовой перепонкой, встал и отошел к передней консоли челнока. Набрав какую-то комбинацию кнопок, он попросил:
- Скажи что-нибудь. Все равно, что.
- Греза дурочка, – хихикнула самка.
- Отлично, теперь это твоя кодовая фраза, для открывания и закрывания двери, – невозмутимо сказал Сумрак, – на случай, если тебе вздумается прогуляться. Но я бы тебя попросил сегодня без лишней надобности не выходить отсюда. Мне спокойнее будет…
Потом, взяв деревянное копье, Сумрак направился к выходу.
- Возвращайся скорее, моя любовь, – промурлыкала Греза ему вслед и уютно устроилась в кресле. Ну как можно было сердиться на этого негодяя?
====== Глава 17. Хозяин гарема ======
Бог явился Адаму и Еве и сказал:
— Дети мои, у меня есть вам два подарка, только вы должны решить
кому какой. Первый подарок — трубочка, чтобы писать стоя…
Тут Адам, не дослушав, громче всех давай орать и биться головой
о деревья, что он хочет писать стоя, и всю жизнь об этом мечтал…
И Ева ему уступила… Адам, получив свой подарок, побежал по
Райскому саду, радуясь, как ребенок. Он прыгал, кричал и ссал
на все подряд! На деревья, на цветы, на каждую букашку!
В молчании Господь и Ева смотрели вместе на это безумие.
И тут Ева спросила:
— Боже мой, а второй-то какой подарок?..
И молвил Бог:
-Мозги, Ева… Но их придется тоже отдать Адаму,
иначе он тут все обоссыт!
(Народное творчество)
Двигаясь знакомой дорогой, Сумрак потихоньку приходил в себя. И, чем больше у него прибавлялось адекватности в мыслях, тем сильнее он ускорял шаг. Черт, сколько же он потерял времени! Следовало немедленно решать возникшую проблему, а он вместо этого протрахался все утро, как безмозглая животина… Еще и самку измучил до полуобморока. Греза под конец, кажется, уже боялась лишний раз оторвать зад от поверхности. И ходит она теперь враскоряку… Припомнив это зрелище, Сумрак вдруг не удержался, громко расхохотавшись. А вот самке, наверное, вообще не смешно было…
Заставив себя успокоиться, он устремился дальше, продолжая по пути размышлять. Все-таки странное на него что-то сегодня нашло. Понятно, пять дней воздержания в комбинации с немилосердным соблазном не могли пройти даром, но чтобы так, до полного озверения… Ладно… Вроде бы, он еще не настолько низко пал в глазах Грезы, чтобы она захотела от него уйти.