Максим вчитывался в чужые мысли. Почему раньше этого не замечал? Он перечитывал некоторые фразы — в них Лиза представала совсем иной. «Разве не понятно, что девчонка в тебя влюбилась?» — возникал образ Филиппа. Максим уткнулся в подушку: почему ему так плохо? что его мучает?
«
Максим перевернулся на спину. Зачем он позвал именно её? Мог бы Филиппа, Ромку, кого угодно. Почему доверился несмышлёной девчонке? Почему он боится признаться себе в том, что ему нравилось делать с ней уроки? Почему не рассказал ей про Катю раньше? Почему он ещё здесь? Ведь собирался перебраться к Кате ещё полгода назад! Почему убеждал себя в том, что заискивал перед Лизой тогда у подоконника наладить отношения с хозяевами? Почему пытается убедить себя в том, что она ему неинтересна? потому что привык обращать внимание только на девушек, что понравились Ромке? Почему, когда звонит телефон, он хочет там увидеть «
Максим прижал подушку к груди. Казалось, ещё чуть-чуть и глаза прыгнут к потолку. Всё вокруг отдавало тоской. Неужели… нет… нет, этого не может быть! Какой же он глупец! Что же теперь делать? Максим достал свой мятый, исчирканный черновик и перекроил всё. Он ворочался всё ночь. А утром передал рюкзак Ирине.
Летняя пора оживляла город туристами. По Неве заходили суда, а разводные мосты по ночам отрезали от большой земли. Кто-то мог с нетерпением ждать отпуск, а кое-кто распоряжался тремя месяцами каникул.
Лиза торопилась, любуясь по сторонам. Новый сезон открывала студия танцев, что арендовала помещение у спортшколы. Двор здания, куда она только вошла, от остального города отделял забор из прутьев и тянулся вдоль пустынной улицы.
В раздевалке перед вводным занятием Лиза очутилась первой. Сначала боялась опоздать, а теперь, в спортивной форме с символикой сборной, не знала куда себя деть. Решившись, она прошла в тренировочную, где всё ещё занималась предыдущая группа.
Прямоугольный зал уютного размера с зеркалами вдоль одной длинной стороны и креслами вдоль другой встретил громкой музыкой и возгласами тренера. В пространство врезались две колонны, которые, очевидно, служили опорой для переводящих дух танцоров. По упругому полу Лиза украдкой пробралась к сидячим местам. Небольшое затишье — и популярная песня зазвучала вновь. От танцующих глаз было не оторвать.
Когда танцпол опустел, Лиза мечтательно рассматривала потолок.
— Давайте же, клуши!! пока вас дождёшься, моя молодость пройдёт!! Пора б заняться вашей дрессировкой!!
В зале с командным гонором появилась старшеклассница в тёмно-синей форме; её каштановые волосы были убраны заколкой, а макияж придавал строгости миловидному лицу. Упёрши руки в боки, та изучала помещение. Отсидеться в сторонке Лизе не пришлось.
— Ты кто бу’шь? — пробивной поступью подошла девушка.
— Я Лиза, — робко приподнялась она со стула.
— Имя ничё’, — без стеснений вдоль и поперёк оценивала незнакомка, — И костюмчик тож’ клёвый. Скок’ те’ лет? — разминала та спину.
— Четырнадцать.
— Покатит.
Шатенка резкими движениями покрутилась и махнула кистью:
— Ты сиди пока.
Лиза тут же опустилась.
В тех же костюмах, что у первой, в зал вошли две девушки с одинаковыми причёсками: их тёмные с выбеленами волосы потряхивались на ходу.
— Вас без хорошего пинка не нарисуешь!! — прежним тоном выговаривала незнакомка. — Вам свезло, я сё’дня добрая! Шевелим булками!
Шатенка подвела подружек:
— С’отрите, кого я нам нашла.
Подружки пялились на Лизу, вновь покинувшую кресло, свысока.
— По росту нам подходит.
— А ты танцевать-то умеешь? — заговорила одна.
— Наверно, нет, — поджимая губы, старалась выразить сожаление Лиза.
— Ну и кого т’ нам нашла? — скороговоркой возмущалась та же особа. — Она танцевать не умеет!
