– А пора бы уже все понять! – ровный голос Макса начал звучать раздраженно. – Это ведь просто. Все, что от тебя требовалось, раз тебя инициировали и объяснили что к чему, – допереть куриными мозгами, что демоны и черная магия – это не твое, что ты не тянешь, отказаться и валить обратно в свою жизнь с чокнутой теткой и трояками в школе. Тебе дали возможность это понять, дали учебники и шанс все схватить на лету, доказать, что ты дочь Темнича. Но на детях природа отдыхает, как правильно сказали Линники. К тебе не подошла какая-нибудь оставленная отцом армия защитников, не вылезли служебники, кроме одного полудурка, который просто позорище для любого некроманта. Наши надежды не оправдались: старый Темнич тебе ничего не оставил ценного, ты никто. Так откажись и уйди с чужой дороги, что проще?
– Не верю, что ты все это мне говоришь.
– Да не верь, кому это сейчас интересно. Отца она спасать собралась, показывать характер всему Братству с поездками на кладбище некромантов, эмоциями и выкрутасами. Дура…
– Дура, – эхом повторила Тая. – А чужая дорога, с которой мне надо было уйти, – это твоя дорога или Диканских?
– Моей семьи, моего отца и – да, моя, – резко ответил Макс. – Мой отец самый сильный некромант. Не знала?
– Н-нет.
– И никто не знает, – Макс говорил все это зло, прищурив глаза, будто обращался к кому-то еще. – Конечно, просто профессор кафедры, к которому студенты бегают, чтобы показать расчеты по своим демонам. Просто смотритель музея великого Темнича, который занимает его временно, пока дочурка не явится и не потребует наследство. И все только и жужжат про создателя неяви, про его прошлые заслуги и достижения! А мой отец, он ведь ученый не хуже. Это Темнич держал его просто в помощниках, в тени. Но справедливость-то существует, и старому мерзавцу не повезло – ошибся в расчетах, оказался не такой уж и гениальный…
– Не смей так о моем отце говорить.
– Смею, Таисия, смею. За эти шестнадцать лет мой отец помогал с расчетами по демонам всем семейкам некромантов и заметил, какие демоны к ним идут и какие защитники поднимаются навстречу. Оказалась интересная вещь: а ведь по всем расчетам сильнейший-то мой отец. А остальные ослабли после краха Темнича, растеряли бóльшую часть защитных демонов, но скрывают это друг от друга. Это у них называется – затишье перед бурей: они врут, что демоны идут слабые в явь, потому что ждут очень сильного. Ложь – просто они ослабели сами настолько, что демоны к ним идут соответственно силам. Им давно пора выбрать нового главу Некромантии, но все эти упертые семейки продолжали цепляться за фамилию Темнича, требовать, чтобы для тебя было сделано все возможное. Так что у тебя было только два пути – отказаться от битвы или оказаться здесь. Оба варианта устроят нашу семью.
– Вот оно что. Значит, все это время твой отец-профессор вовсе не сердился на меня, что я плохо осваиваю черную магию. – Тая кусала губы. – Скорее, ждал моего провала, чтобы остальное Братство перестало ждать Темничей, но ни в чем не обвинило вашу семейку… А ребята? – Тая с трудом заставила себя задать этот вопрос. – Костя, Матвей, Аск… остальные… Они что, заодно с тобой и знают обо всем? Все эти разговоры про их поддержку и план – обман?
– Так это ведь тоже был план моего отца! – Макс едко рассмеялся. – Они сейчас верят, что ты в безопасности и где-то в неяви, сидят в своих башнях и воображают себя атлантами, что держат небосвод. И старые некроманты верят, что семья Громовых сделала для тебя все возможное, вывернулась ради тебя наизнанку. Ты ведь тоже верила, что можно вот так красиво всех поднять за собой, но проиграла. И вообще, как ты посмела возомнить, что будешь крутить мной, что я позволю тебе это? Так самодовольно улыбалась, когда я появился в той вонючей забегаловке. Кажется, ты тогда всерьез решила, что я потеряю голову из-за твоих бесцветных бровей и ресниц, поставлю твои заскоки выше интересов своей семьи.
Слова эти будто хлестали пощечинами.
Тая молчала, выслушивая все это, раздавленная и уничтоженная. Просто молчала, опустив голову.
– Мой отец Борис Громов заслужил место главы Братства и хозяина неяви, – отчеканил Макс. – И он получит его, когда не будешь мешаться ты со своей громкой фамилией, которая больше ничего не значит.
– Еще вчера был Крым… – слова эти будто сорвались сами, вместе со слезами. – И мы с тобой…
– Нет никаких «мы с тобой»! – Макс крикнул это так зло, будто ненавидел даже сами эти воспоминания. – Не знаю, что ты напридумывала себе про меня, но я тебе ничего конкретного не обещал. Вообще вся эта история с якобы любовью была только с твоей стороны. А Крым был моим подарком тебе напоследок. История про то, что мы с тобой поселимся в Безымянной башне вдвоем, вообще полный бред, Машка тебе так и сказала. Все же она поумнее тебя, хотя ты ее и старше на год, – помолчав, со смешком добавил Макс.
Из-за деревьев донесся шум, хриплый лай: четыре бездомные собаки, невесть откуда взявшиеся посреди лесной глухомани, начали приближаться из-за деревьев.
