Мехец, заметив мой хитрющий взгляд, заявил, что тоже хочет рассказать о себе и своей труппе. Она действительно состояла всего из шести человек – самого Мехеца, игравшего роль главного режиссёра, художественного руководителя и главы во всех смыслах, его помощника Туктука (Борода с Косичками), который специализировался на ролях злодеев, и актёров Амала, Фирана, Нанэри и Литти, исполнявших в каждой пьесе в основном роли романтических влюблённых, но, поскольку ролей у каждого из них в пьесе было несколько, то приходилось совмещать. И да, все актёры были мужского пола, но это было связано не с прямым запретом, как в японском театре Кабуки, а с тем, что в пьесах почти не было женских ролей. Женщины играли столь незначительную роль в местном общественном устройстве, что все конфликты, коллизии и любови происходили в пьесах между мужчинами. Редкое исключение составляли роли Храмовых Жриц и Богини Тальяны. Кстати, Амал и Фиран, в отличие от хрупких, похожих на девочек-подростков Нанэри и Литти, были вполне себе нормальными парнями – высокими, достаточно мускулистыми и очень красивыми. Амал был черноволосым и черноглазым, со смуглой, почти шоколадной, кожей и вьющимися волосами. Его красоту не могла испортить даже клоунская, со всех сторон обшитая разноцветным треугольными лоскутками, джиба. Фиран был рыжеволосым, с голубыми, чуть раскосыми глазами, с кожей цвета средиземноморского загара и хитрой улыбкой. Джиба его была не такой пёстрой, как у Амала, зато причёска… Рыжие волосы Фирана были заплетены в мелкие-мелкие косички, а кончик каждой косички был продет сквозь расписную деревянную или резную костяную бусину, так что передвигаться бесшумно для парня было нереальной задачей. Бусинки всё время сталкивались друг с другом и забавно щёлкали. Часть косичек была собрана в узел на макушке и закреплена большим зелёным бантом. Честное слово, увидев это чудо парикмахерского искусства, скончался бы от культурного шока даже Сергей Зверев. А ещё Амал и Фиран предпочитали сидеть в обнимку и в перерывах между репликами целоваться. А целовались они так, что краснели, похоже, даже кэпсы – добродушные ездовые зверюги, напоминавшие бочонки на толстых коротких ножках.
Но народ, похоже, своим внешним видом совершенно не заморачивался, мне объяснили, что для Тэмми существуют строгие правила внешнего вида, и что пестрота нарядов и прочие изыски для них обязательны – чтобы Тэмми можно было распознать издалека в любой толпе. Более того, если Тэмми рискнут надеть обычную одежду, за это полагается наказание плетьми, особенно в Казашшане и Хорибе. В Хухландии с этим полегче, но пёструю одежду носить заставляют и там.
- Почему? – удивился я.
- Это требование Жрецов Храма, – отозвался Туктук. – Они нас не слишком любят, считая наше ремесло низким, а нас самих – Проклятыми Богом. Тэмми даже не разрешают хоронить на кладбищах, их тела сжигают, а прах развеивают по ветру.
Та-ак, помнится мне, что такое отношение к актёрам было и в Средние века. Но что плохого в тех, кто доставляет радость людям?
Похоже, этот вопрос я задал вслух, и на него ответил уже Мехец:
- Видишь ли, жрецы очень хотят контролировать всех – и крестьян, и горожан, и знать, и даже Правителей. А вот мы не поддаёмся контролю. Обычаи не позволяют мешать Тэмми в их передвижениях по Нирее и запрещать их представления. А язвительные Тэмми часто в своих представлениях на злобу дня высмеивают и Жрецов, и Правителей, и даже самих Богов. Понятное дело, что это дико не нравится местным власть имущим, вот и получается частенько, когда сразу после представлений Тэмми вынуждены паковать пожитки и удирать куда глаза глядят. А ещё нас считают еретиками, которые молятся Аллиру не от души.
- А это правда?
- Правда, – кивнул Мехец. – Мы, конечно, посещаем Храмы Аллира и приносим положенные жертвы, но Богом-Покровителем Тэмми всегда был свергнутый братом Лотар. Поэтому мы тайно молимся ему. Молимся, несмотря на то, что он заточён. Именно поэтому мы стараемся помочь тем, кто бежит от Жрецов, поэтому мы и вам помогли. А теперь я вижу, что мы нашли самого Предназначенного.
Я поперхнулся:
- Это вы сейчас обо мне? Но я не собираюсь становиться супругом Аллира! Ни за что!
- Кто говорит об Аллире? – порывисто спросил Амал, но Мехец его остановил одним жестом и успокаивающе сказал:
- Творец Богов сказал тебе, что ты станешь Супругом Бога, если захочешь. А если ты не хочешь становиться Супругом Аллира, так и не будешь им. Но скажите, мальчики, какие у вас планы?
- Мы вообще-то хотели домой добраться до Юплы, – сказал я.
- Ага, – понятливо кивнул Литти, – и для этого вам нужен порт Маррен, не так ли?
- Да, – кивнули мы с Анъяхом.
- Что ж, – невозмутимо сказал Туктук, – Маррен, так Маррен, давно мы там не были…
- Вы хотите отвезти нас в порт??? – с удивлением спросил я. Эти люди и так помогли нам, а из монолога Жреца я понял, что эта помощь отнюдь не безопасна для них самих. И они собирались помогать нам и далее, рискуя собственными головами?
