И, хоть и видел я всё не из самого удобного положения – слова тут же застряли у меня в горле. Нет, в целом антураж был очень даже милый – такой дикий девственный лес вокруг, протекающий через лес чистенький прозрачный ручеёк, полтора десятка аккуратных плетёных островерхих шалашей, стоявших полукругом, парочка горящих костров, над которыми жарились тушки какой-то местной фауны – в общем, охотники на привале, да и только. В ступор меня ввёл стоящий ровненько в центре поляны высеченный из большого камня цвета загара и прекрасно отполированный… восставший мужской половой орган размером метра три. Изваяна эта деталь мужского организма была с большим искусством и знанием дела – каждая набрякшая веночка была на своём месте. Я с трудом подавил истерический смешок и стал осматриваться дальше. Чуть поодаль от гигантского фаллоса обнаружилось ещё одно произведение местного искусства, на сей раз изваянное из белоснежного мрамора. Хм. К материалу у меня претензий не было, а вот исполнение… Это была статуя совершенно необъятных размеров обнажённой женщины – очень толстой с огромной грудью и бёдрами и жирными ногами. Этакая «палеолитическая Венера», только из мрамора и выше человеческого роста, да ещё на постаменте из чёрного гранита. Красавица была увешана цветочными гирляндами и ожерельями из явно человеческих косточек. Ой, мама, что ж тут творится-то?
Между тем, меня аккуратно сгрузили на травку, распутали руки и ноги от шеста, но полностью развязывать пока не стали. Сбежавшемуся народу всё тот же мелкий в маске толкнул вдохновенную речь. Из речи я не понял абсолютно ничего, хотя, судя по жестам, ничего хорошего меня не ожидало. Мелкий засранец в маске то показывал на меня, то на небо, то на гигантский хуй, то подобострастно кланялся в сторону статуи обнажённой женщины. Толпа отвечала на всё это немелодичными завываниями, в нужные моменты воздевала руки к небу или хлопалась на колени. Дурдом на выезде, короче. Судя по всему, меня явно хотят принести в жертву какому-то местному божеству, которого и изображает сия мраморная дама. Однако поганая Сущность не информировала меня о наличии других Богов, кроме Аллира, Лотара и Тальяны. Хм… А что, если это местная интерпретация Тальяны… Да уж, странноватые тогда у местного населения представления о женской красоте. Будь я на месте Тальяны – точно бы обиделся. И… и что, Богиня докатилась уже и до человеческих жертв? А хуй трёхметровый здесь при чём? Нет, ну почему я ни словечка не понимаю? Обидно как-то… а этот мелкий явно что-то типа колдуна в этом племени дикарей. Именно что дикарей. Юпландцы мне таковыми не показались, а эти… Или это из-за того, что они меня схватили и неизвестно что сотворить собираются?
Лежал я на травушке, раздумывал таким образом о превратностях судьбы, но мелкий колдунишко в маске неожиданно отдал ещё пару команд, и меня всё-таки развязали. Правда, дерануть подальше никакой возможности не было – двое охотников меня распутывали, а ещё с полдесятка направили на меня свои копья, добрым выражением лиц показывая, что будет, если я дёрнусь. Ну, я и решил пока не дёргаться, а дождаться ночи. Что-то мне подсказывало, что утро вечера мудренее.
Между тем меня не только развязали, но и раздели донага, потрогали за все места, какие можно, и какие нельзя, пару раз шлёпнули по заднице, но колдунишка двинул бровью, и всякие игривые попытки прекратились. Меня споро натёрли довольно приятно пахнущим маслом, потом кисточкой нанесли на тело узоры, потом поднесли большую глиняную чашу с каким-то напитком и заставили выпить всё, однако особых изменений я в себе не ощутил и тихо порадовался. Как-то меня напрягло – а вдруг это наркотик или афродизиак? Удовлетворять сексуальные потребности всего племени мне совершенно не хотелось… Однако, вроде бы обошлось, после этого меня подтащили к столбу у одного из шалашей, заставили сесть… даже не на голую землю, а на подстилку из каких-то листьев, покрытых шкурой и связали руки за спиной– довольно аккуратно, боли не причиняли, но к столбу примотали на совесть. Правда, мне удалось немного напрячь мышцы, и я надеялся, что ночью сумею освободиться и дать дёру. Похоже, меня не собирались приносить в жертву или использовать как-то по-другому немедленно, а, получив передышку, я надеялся что-нибудь придумать.
Устроив таким образом мою скромную персону, аборигены вернулись к своим прерванным делам. И эти дела мне жутко не понравились.
Сначала трое парней притащили на поляну несколько крепких заострённых кольев и аккуратненько так их разложили в одним им ведомом порядке. Потом несколько других здоровенных, аки трёхстворчатые шкафы, охотников притащили нескольких пленников – тоже явно из местных, но узоры татуировки у них были явно другие – наверняка из другого племени. Пленники были совершенно обнажены, мочки ушей у них кровоточили – оттуда явно с мясом вырвали серьги, длинные волосы растрёпаны, у некоторых были ещё кровоточащие раны, правда, судя по всему, не очень серьёзные. Противники, которых схватили в стычке? Скорее всего.
