— Ты сама-то видела анализы? — спрашивает меня.
— Нет, не видела. Мне Ольга Сергеевна сказала, что мне не положено все это знать, все что нужно знать, знают Марина с Олегом. Ой, ты ж не знаешь, что за патология! У Марины выявили болезнь Хорея, а я не знаю что это такое, знаю, что с генетикой связано. Они подписали договор на искусственные роды!
И меня снова прорвало на слезы.
— Значит так, Машенция! Твоя задача найти ответ на анализы и валить. Ты хочешь оставить этого ребенка? — спрашивает она.
— Да, но это же не мой… — говорю я, но меня перебивает Ленка.
— Слушай сюда, они отказались от ребенка документально, значит твой уже. Рассказать про Катюху? — говорит она
— Да конечно! С этими страстями вообще про все забыла! Как моя любимая сестренка? — спрашиваю.
— Поздравляю! Катюха молодец! Вчера пришла в себя, показатели улучшаются. Можешь с ней завтра пообщаться, — говорит она.
— Спасибо, ладно, я пойду в палату, мне еще надо выбрать момент, когда кабинет не будет закрыт, — говорю.
— Все. давай, удачи тебе! Если что, я на связи для тебя круглые сутки!
Мы попрощались, я положила телефон в карман халата и пошла в палату, продумывать план по проникновению в кабинет к Ольге Сергеевне и добыче моих анализов. Хоть ты тресни, но я чувствую, что мне что-то не договаривают и, что девочка моя здоровая.
Я была очень спокойна, вела тихо, мне все равно было на новую девочку, что легла в нашу палату, меня больше волновала я сама и мой ребенок.
— Девочки, на ужин!-крикнула разносчица еды.
Мы все стали собираться, я же специально долго это делала.
— Ты идешь? Подождать тебя? — спрашивает Нюра.
Я, делая вид, что мне тяжело вставать, говорю:
— Нет, спасибо, ты иди, я позже подойду.
— Ну, как знаешь, — сказала она и ушла.
Я дождалась, когда она уйдет, девочка спала, это мне только на руку. Я вышла из палаты и прогуливаясь, пошла в сторону кабинета Ольги Сергеевны. Постучалась. Никто не ответил. Я вошла и чуть не вздрогнула от испуга от голоса:
— Маша! Что ты тут забыла?
Это была сама Ольга Сергеевна.
Я обернулась, держа руку на сердце:
— Ой, Ольга Сергеевна, вы меня напугали! Я постучалась, потом мне показалось, что вы ответили, а тут никого, ох, простите меня, — пролепетала я чушь, надеясь, что она поверит.
— Так зачем ты сюда пришла? — не унимается она.
— У меня поясницу тянет, а так как вы знаете, что это впервые у меня, хотела посоветоваться, — вру дальше, демонстративно держа одну руку на пояснице.
— Маша, иди полежи и все пройдет, — говорит она.
— Спасибо! — пролепетала я и пошла в сторону палаты, придется с поясницей врать и Нюре. Сейчас я никому не должна доверять.
Дождавшись вечера, когда все уснули и в корридорах стало пусто. Я потихоньку выбралась из под одеяла, накинула халат и потихоньку, тихо вышла из палаты. Иду, как мышка тихо-тихо. Моя цель — кабинет Ольги Сергеевны. Пальцы скрещены, про себя повторяю, как мантру " Хоть бы кабинет был открытым! Хоть бы мне повезло! "
Я даже начала про себя читать молитву " Отче наш". Дальше, следующая дверь тоже оказалась не запертой. Я подхожу к шкафу где храняться все документы. Но он закрыт, открываю все ящики, в поисках ключей, нигде нет. Подхожу к шкафу, открываю, а там висит халат Ольги Сергеевны, прощупав карманы, в одном из них нахожу ключи.
Достаю их и иду к шкафу, нужный мне ящик открывается, ищу свое дело и случайно натыкаюсь на папку, которая очень отличается от других. Любопытство мой порок. Я открываю и начинаю читать, увидев какие-то расценки. Боже, так это расценки на стволовые клетки и цена за каждый плод на определенной неделе, даже есть цена за ребенка на шестом и седьмом месяце!
Мамочки, они же могут меня, моего ребенка… все равно Олег с Мариной отказ от него написали. О боже, надо отсюда бежать и срочно и сейчас!
Я на автомате взяла эту папку, закрыла ящик, оставив в нем ключ, не до этого мне сейчас. Потихоньку, пока все спят, вернулась в палату, собрала все свои вещи, поверх куртки накинула халат, чтобы не вызвать подозрений. Вышла в холл, охранник спал. Я на цыпочках тихо открыла дверь и вышла на воздух. Потом тихо сделала несколько шагов, спустилась с лестницы и бегом, как могла в моем положении, побежала из этой клиники.
Поймав машину, доехала до своей квартиры. Спокойно я лишь вдохнула, когда вошла в квартиру, разделась и поставила чайник. Завтра надо звонить Ленке и просить помощи. Одна боюсь не справиться со всем этим.
Я прохожу вместе с этим мужчиной в свой кабинет.
— Вам просто повезло, что на этого ребенка написали отказ. Это случай один на миллион!
— Ольга Сергеевна, если б этого не случилось бы, то вы бы все равно нашли б, иначе… — он проговорил спокойным, с нотками угрозы, тоном.
Я села за компьютер, потерла пальцами свои виски, встала, вспомнив про ключ от шкафа. Потом на автомате посмотрела на шкаф, а ключ был в нем. Открываю шкаф и замечаю, что там нет того самого важного документа. Мне аж поплохело.
— У нас проблемы. Пропал наш с вами договор.
