Сущность человека полностью

Если человек будет хорошим членом коллектива, не одержимым жаждой власти или подчинения и не относящимся к другим людям, как к вещам, то его сотоварищам будет безразлично, предпочитает ли он однополую или разнополую любовь (тем более, что на современном уровне развития производительных сил, когда детей можно выращивать в пробирках, однополая любовь совершенно не угрожает воспроизводству человечества). Таким образом, будущее однополого секса при переходе человечества к коллективизму будет зависеть единственно от того, захочется ли людям, в психику которых не будет с детства закладываться непримиримое противоречие сосуществующих влечений, чередовать разнополый секс с однополым. Если захочется — значит, коллективистское общество будет бисексуальным, и никакой беды в этом нет; однако тот факт, что первобытные люди почти вовсе не практиковали однополый секс, дает основание полагать, что влечение к нему просто постепенно перестанет формироваться у людей, воспитывающихся в условиях возрастания доли коллективных отношений в обществе.

Что ж, если будущее человечество будет стопроцентно гетеросексуальным, то и в этом нет никакой беды. Правда, это значит, что не будет больше таких красивых историй любви, как у Гармодия и Аристогитона, Жана Кокто и Жана Марэ, как у «леди из Лланголлена»; однако не стоит жалеть о достоинствах прошлого, особенно если они исчезают вместе с его мерзостями — новое время принесет с собой новые достоинства. Это золотое правило относится не только к сфере половой любви. К примеру, национальные языки, формируясь, поглотили или вытеснили множество доиндустриальных языков, зачастую весьма красивых — но стоит ли жалеть об этих ушедших языках, если любой национальный язык гораздо богаче разнообразнейшим содержанием (при, как правило, более простой и рациональной форме), чем каждый из них? Так же дело будет обстоять и с грядущим единым языком коллективистского человечества: заведомо можно быть уверенными, что он будет гораздо содержательнее, внутренне разнообразнее и при этом по своей форме рациональнее (без всяких ненужных исключений и т. п.) любого национального языка — и стоит ли плакать о том, что если человечество войдет в бесклассовое общество, то уже без нынешних национальных языков? Если общество идет по пути прогресса, то старое многообразие его жизненных проявлений в конечном счете всегда окажется однообразнее, беднее, серее, чем приходящее ему на смену новое многообразие — а потому и не стоит плакать об исчезновения старого многообразия⁹⁶…С прошлым надо стараться расставаться без сожалений, как бы это ни было трудно.

Глава 1. Сущность и классификация отношений собственности и управления^*

(1) Кстати, в «Экономическо-философских рукописях 1844 года» Маркс упоминает термин «частная собственность» в таком контексте, который неопровержимо свидетельствует, что он рассматривал собственность как отношение субъекта к объекту не только через десять лет после «Нищеты философии», но и за три года до нее:

«…отношение частной собственности остается отношением всего общества к миру вещей…» [404, с. 144].

Маркс не выходит здесь за пределы здравого смысла, с позиции которого собственность действительно выглядит отношением между людьми, с одной стороны, и вещами — с другой.

(2) Кстати, мыслительная деятельность — это тоже деятельность, управляемая осуществляющими ее людьми. Тот, кто познает действительность и строит планы, управляет своей мыслительной деятельностью, подобно тому как, построив план, он будет управлять своими действиями и деятельностью (в том числе и мыслительной) других людей с помощью рук и языка.

(3) Библиографию статей сталинистских критиков кибернетики см.: 155, c. 272