Невыразимая тоска. Лиза снова чертит на истончившемся от постоянного стирания листочке график функции, расставляет случайные точки. Называть их случайными, конечно, большая натяжка – разве может Лизин мозг допустить хоть какую-нибудь случайность? Лиза терпеть не может ничего стохастического. Но тут метод Монте-Карло более чем оправдан. Нужно понять, насколько вообще эффективно и рационально придерживаться выбранной ею стратегии – таскаться к Тиму, мозолить ему глаза? Всякий раз формулы выдают цифру, отличную от нуля. Но настолько незначительно отличную…
Лизе вдруг становится весело. Древние люди тестировали свои гипотезы, кромсая птичек и зверюшек, а современные вот вероятностный анализ стохастических событий изобрели – и радуются сидят. Но так ли велика разница? Повод для радости можно найти лишь один – птичку больше не жалко, ни одна птичка больше не пострадает.
Таскаться к Тиму не выход. Тогда что если – теперь, когда Лиза знает про Яна и Тима то, что они предпочитали скрывать, – просто вынудить их играть на ее стороне?
Лиза-Лиза. Вот и ты превратилась в человека, готового угрожать, готового надавить покрепче на тех, кто заведомо уязвим. Чем ты теперь отличаешься от всех этих медведей, Лиза? Что им, что тебе лишь бы получить желаемое, а дальше хоть трава не расти.
Нет, неправда. Это другое. Она другая. Но в чем именно разница? Очень сложно объяснить. Не придумали еще современные люди таких моделей, чтобы раз – начертил график функции, расставил точки, начеркал формул – и доказал себе и другим, что не медведь. Да и бог с ним.
Лиза комкает и отбрасывает изодравшийся листочек и лезет в телефон. Необходимо переслушать ту мелодию заново. Не ошиблась ли она? Эффективно ли ее новое оружие? Лизе нужно стать сильнее, стать решительней. В конце концов, Яну и Тиму повезло выжить, они уже взрослые, а кто-то маленький прямо сейчас рискует не повзрослеть никогда.
Лиза ищет нужное видео – и вдруг натыкается на новость: обстановка в мире, трам-пам-пам, Ян Пахомов вынужден прервать свой тур, ля-ля-ля, выдающийся музыкант возвращается домой. Иногда козырь сам идет в руки. Лиза любит играть в карты, Лиза знает цену стохастическому козырю.
Когда на горизонте маячит новенький план, становится не до тоски. Лиза пишет Косте. Ей нужны цифры: когда прилетает? Каким рейсом? И пора уже вставать, через тридцать две минуты приедет Митя.
Сегодня Лиза не должна готовить завтрак, в воскресенье у нее выходной. Она чуточку ежится при мысли о том, какой увидит кухню вечером, но это приемлемая стоимость целого свободного дня, стоит ли обижаться?
Она выскальзывает из замка, доходит до парковки на Толмачева. Митя уже ждет у машины. Судя по раскрасневшимся щекам, ждет давно. Лиза уверена, что пришла минута в минуту, а он-то зачем приехал заранее?
Когда до Мити остается пятнадцать-семнадцать метров, Лиза замедляет шаг и ощупывает свои ощущения. Должны же они как-то подсказать ей, можно ли ему доверять? Лиза читала, некоторым подсказывают. Но ощущения ничего ей не говорят – кроме того, что она, кажется, рада его видеть, хотя они расстались совсем недавно, а Лиза вроде бы не склонна скучать по людям.
Лиза на ходу расстегивает рюкзак, вытаскивает простыню, и, когда она наконец подходит к Мите вплотную, простыня встает между ними.
– Вот. Сможешь?
– Смогу, раз ты просишь, – отвечает он и бережно укладывает простыню в полиэтиленовый пакет. – Но что это нам даст, я так и не уловил, извини.
Лиза сердится. Кому понравится раз за разом объяснять одно и то же? Важно понять, на самом ли деле за появлением этой простыни в комоде Евгении Николаевны стоит Владимир Сергеевич, или Лизе все показалось. Крайне важно. Как это понять? Ну, в лаборатории как-нибудь разберутся, наверное.
– Согласен, важно. По крайней мере, выясним, кровь ли это – или банальные пятна от вина, например. Чем не результат? Оля оборжет, конечно, или пошлет. Да и плевать. – Митя пытается поймать Лизин взгляд, и хотя ему отлично известно, как это сделать, Лизе удается ускользнуть. Пусть думает, что она проверяет себя. Пусть не догадается, что она проверяет его.
В кармане вибрирует телефон.
– Извини, – говорит Лиза и поворачивается к Мите спиной.
“Рейс из Домодедово, прибывает в 11:15”.
Костя. Он никогда не подводит. Никогда еще не подводил.
Пешком до аэропорта идти три часа и от пятьдесят трех до пятьдесят восьми минут. Нерационально. Минут у Лизы всего-то сорок, зато есть Митя с машиной. С другой стороны, раскрывать ему карты пока не с руки.
Лиза машет Мите и уходит: петляет дворами, убеждается, что он за ней не едет, и только тогда вызывает такси, чувствуя себя совсем взрослой и самостоятельной. Третье такси за последние две недели, подумать только.
Спустя двенадцать минут Лиза уже едет в сторону аэропорта. По прямой на машине до аэропорта тридцать две минуты, а у Лизы осталось еще тридцать три – получается, одна минута на всякие неожиданности. Лиза никогда не была в аэропорту, мало ли что там вообще.
– Спешим? – вдруг спрашивает таксист.
– Да, спешим, – отвечает Лиза, подумав и сообразив, что он имеет в виду.
