- Что ж, если вы согласитесь поработать, мы будем рады, – проговорил, наконец, принц, видимо, справившись с сомнениями. – Действительно, найти нужного сестре человека непросто, особенно здесь, на Мирассе. Кстати, господин Чайен, садовник – тоже очень востребованная профессия. Без работы вы точно не останетесь. Собственно, единственный неудобный момент – возможность встреч с Валлегони. Он ведь постоянно будет прилетать сюда.
- Мы остались с ним в совершенно дружеских отношениях, нир Наим, – пояснила я. – И прятаться друг от друга не собираемся. Если Ваше высочество позволит нам остаться…
- Да моё-то Высочество позволит, – откликнулся принц. – Лавиния давно просит меня об этом. Главный вопрос – ваше желание. Хотите жить здесь?
- Да, конечно, – пытаясь максимально достоверно изобразить радость, ответила я.
- А вы, господин Чайен?
- Я был бы так счастлив, Ваше высочество! – ответил лягушонок, подавшись вперёд.
- Ну, что ж. Прекрасно, – заключил принц. – Значит, можно считать вопрос решённым.
Я незаметно перевела дух. Не всё шло гладко, но, в конце концов, пришло к нужному результату, а это главное.
Решив основные вопросы, мы обнаружили, что время, отпущенное на нашу аудиенцию, истекло. Наим с Лавинией, действительно, собирались поохотиться, а Кария намеревалась обзвонить персонал своих приютов, чтобы предупредить их обо мне. Поэтому мы тщательно выполнили все процедуры, положенные для прощания с почти монархом, и, с облегчением, отбыли восвояси.
Всю обратную дорогу опять пришлось молчать, чтобы не посвящать в свои планы постороннего пилота, и только в доме, запершись в спальне, мы дали волю чувствам.
- Сагите, как это замечательно! – радостно провозгласил Маугли, не в силах усидеть. – Вот, всё и устроилось! Вы сможете работать, и я тоже! И нам позволят поставить наш дом где-нибудь, поближе к лесу… Вы ведь возьмёте меня с собой в поездку? Это такой случай осмотреться в окрестностях приютов, возможно, там найдётся где-нибудь рядом красивое местечко…
Я не мешала лягушонку строить радужные планы и даже одобрительно улыбалась и кивала на его слова, но думала при этом о том, что разведчицы в тылу врага из меня не получится. Это оказалось необыкновенно тяжело: не расслабляться ни на секунду, постоянно пытаясь предугадать, как повернётся разговор, о чём могут спросить Вайятху, и что будет, если он не сможет ответить на какой-нибудь элементарный вопрос… Например, какое печенье он любил больше всего в детстве. Или, если он выдаст ответ, типа «любил шарики Пане» – очень распространённый мирасский десерт, в Содружестве никому не известный. Сразу на ум приходили прописные истины, вроде той, что даже профессионалов губят какие-то мелочи, которым никто не придаёт значения.
Ну, хорошо хоть то, что Вайятху по-настоящему членов правящей фамилии не заинтересовал. Его расспрашивали, видимо, просто потому, что он появился со мной. Наверное, прилети он в одиночестве, на него никто и внимания бы не обратил. Дай Всевидящий, чтобы так всё и продолжалось дальше…
После разговоров с аристократами очень захотелось есть, к тому же, нам ничего, кроме коршу и каких-то конфет не предлагали, поскольку по регламенту встречи не полагалось, так что мы оба были голодными, как крокораусы после спячки. Приняв душ (особенно он требовался Маугли, который жаловался, что у него от краски уже всё зудит) и переодевшись, мы попросили обед на террасу и сели отдохнуть. Вайятху, выплеснув восторги по поводу возможности остаться жить на Мирассе, как-то притих и сидел теперь молча, глядя на море. Я тоже предпочла помолчать, чтобы подумать о том, как долго смогу жить в постоянном напряжении. По всему выходило, что не очень. Эх, прав лягушонок: нам надо селиться где-нибудь в лесах, там хоть притворяться ни перед кем не надо будет…
Вечером мы пошли пройтись по пляжу, просто, чтобы побыть подальше от любопытных глаз. А что они были, и во множестве – я не сомневалась после случайно подслушанного разговора. Спустившись за какой-то надобностью в полуподвал, где располагались слуги, услыхала, как повариха и горничная перемывали нам с Маугли косточки, решая, насколько Вайятху, который всегда под рукой, должен быть в постели лучше, чем постоянно занятый стратег номер один. Обе пришли к выводу, что случившееся у нас с Эдором было неизбежно, поскольку он женат на работе, это видно сразу, а у студенток, даже бывших, ветер в голове дует, так что, жаль, конечно, но надо было этого ждать. Зато теперь…