Я тут же вспомнила его рассказ, и меня немедленно замутило. Видимо, это отразилось на лице, потому что мирассец тут же встревожился и взял меня за руку, нащупывая пульс. Подержал, потом отпустил и сказал:
- Похоже, ничего серьёзного, просто слабость… Голова кружится?
- Да, немного, – вяло ответила я. – Но это ничего, сейчас всё пройдёт…
- Конечно, пройдёт, как только вы поедите, – подтвердил он. – Не вставайте, я сейчас закажу что-нибудь сюда. Дамы, я могу что-нибудь предложить вам? – галантно обратился он к Линне и её матери, которые мялись у дверей, словно подумывая, как бы незаметно сбежать.
«Дамы» тут же приободрились, начали обсуждать меню, а Лавиния решительно потянула с лица маску.
- Уф, – сказала она, бросая её куда-то мне за спину. – Как надоела мне эта штука – не передать!
Я только улыбнулась. Несмотря на многочасовое хождение с хитрым сооружением на голове, подруга была прекрасна. Растрёпана, немного бледна, но всё-таки прекрасна. Что и подтвердил Вайолет, который, достигнув консенсуса с Линной и госпожой Скросс, обернулся к нам с каким-то вопросом, но, увидев лицо златовласки, осёкся на полуслове и замолчал. Лавиния отвела глаза в сторону и принялась вертеть в пальцах свой брелок. Госпожа Скросс отчётливо фыркнула, видимо, от всей души осудив подобное нарушение этикета.
Я вспомнила о фобии подруги насчёт мужчин, и перевела огонь на себя, спросив у обалдевшего Вайолета, нельзя ли попросить какого-нибудь бульона. Спохватившись, он тут же развил бурную деятельность, заказывая еду по своему вифону. Потом позвонил куда-то и сообщил, что он в комнате пять-семьдесят девять, затем попросил кого-то предупредить, где искать нас, и принялся устраивать всех вокруг стола, ненавязчиво выбрав себе место напротив Лавинии, которая упорно смотрела вниз, как будто всё самое интересное происходило именно там.
Нас снабдили закусками, бульоном, напитками, даже чем-то вроде одеял, в которые закутались все, кроме самого Вайолета, которому, похоже, холод был нипочём. Госпожа Скросс, поколебавшись, рискнула тоже снять маску, как и Линна, а я подумала, что голод – великая уравнивающая сила, никакой этикет не удержит голодного человека…
Мы сидели, поглощая принесённые вкусности и мирно беседуя, когда распахнулась дверь, и в комнату буквально ворвался Эдор. Постояв секунду в дверях, он одним быстрым движение снял маску и двинулся ко мне, но внезапно остановился и… склонился в глубоком поклоне.
Мы молча таращились на мачо все положенные по этикету секунды, пока он не выпрямился и вежливо сказал:
- Приветствую вас, Ваше императорское высочество… А мы ждали вас там, в столовой.
Сувенир 48
Повисшая после этих слов пауза была воистину драматичной. В наступившей тишине, казалось, можно было расслышать стук падающих челюстей. Вайолет вздохнул, положил вилку и сказал:
- Здравствуйте, господин Валлегони. Я надеюсь, вы и без меня нашли, чем заняться на встрече?
- Да, конечно, – так же вежливо ответил стратег. – Мы только очень сожалели о вашем отсутствии, когда обсуждали схему налогообложения курорта в зависимости от сезона. Разногласия так и не удалось преодолеть.
Вайолет, то есть, Наим Великолепный, чуть пожал плечами.
- Неужели даже мой отец не смог примирить вас?
- Увы, его тоже не было. Мы смогли обговорить наши проблемы только с советниками по финансам, по природным ресурсам и по внутреннему законодательству. Ну и, разумеется, с теми предпринимателями, которые получили разрешение на сотрудничество с корпорацией господина Скросса.
Принц чуть сдвинул брови и сказал:
- По-видимому, переговоры были не столь уж принципиальны… Хотя я знаю, что отец собирался встретиться с вами. Ну, вероятно, другие дела…
Мачо молча склонил голову, словно подтверждая, что, конечно, у правителя Мирассы вполне могли быть дела, которые помешали ему прийти на встречу с людьми, прилетевшими с другой планеты исключительно, чтобы увидеться с ним.
Я наблюдала за стратегом с невольным восхищением: вот смогли бы вы выразить тонны сарказма одним-единственным движением? А Эдор смог! Более того, ни на йоту не нарушив местного этикета, напомнил туземному властителю, что существуют и другие нормы поведения.
Наим то ли устыдился, то ли решил тему поменять, потому что заметил:
- Думаю, деловые разговоры можно перенести на другое время, чтобы не заставлять скучать дам. Вы не представите нас теперь, как полагается?..
-Да, конечно, Вше императорское высочество, – отозвался Эдор и перечислил всех присутствующих.
Каждая дама, будучи представлена, пыталась встать и присесть в обязательном реверансе. Нам повезло, конкретная венценосная особа мучить нас не желала, поэтому тут же усаживала обратно. Мне так даже и встать не позволили, наверное, в честь особо близкого знакомства – всё-таки, совместный танец…
