И тут же позади старичка откуда-то взялся принц, собственной персоной. Он шагнул к ветхому аристократу и встал рядом. Я впилась в наследника глазами, пытаясь прочесть на его лице, как он прожил эти дни. Но ничего не смогла понять, потому что более каменной физиономии не удавалось сделать даже господину Скроссу, известному мастеру в сокрытии эмоций. Единственное, что бросалось в глаза – это бледность принца, которую не смог скрыть даже лёгкий грим. Кинув быстрый взгляд на Лавинию, я поняла, что она тоже пыталась понять, о чём думал в эти минуты её подопечный, и похоже, тоже безрезультатно.
Аристократическая толпа, разразившаяся, было, вздохами, вскриками, гулом и прочим шумом, утихла.
- Именем народа Мирассы, всех подданных императорского дома, создавшего нас, взрастившего нас и заботящегося о нас, я предлагаю эту корону наследнику великой династии. Готов ли ты принять её? – продребезжал старик.
- Готов, – коротко ответил принц.
- Будешь ли ты заботиться о нас?
- Да.
- Станешь ли нашим щитом и мечом?
- Да.
- Нашим хлебом и водой?
- Да.
- Станешь ли соблюдать законы?
- Да.
- Умрёшь ли за нас?
- Да.
Старик подъехал к золотому креслу и нажал на какие-то кнопки, в результате чего поддерживающий его аппарат слегка опустился, давая дедуле возможность взять корону.
- Именем великой империи. Правь нами так, чтобы память о тебе осталась в веках.
Наим преклонил одно колено, аристократическая окаменелость надела золотой обод на его голову и тут же отъехала в сторону, давая всем возможность рассмотреть коронованного императора. Новоиспечённый самодержец торжественно уселся на золотой стул и замер, как статуя.
Внезапно позади Наима по краю площадки стали проявляться фигуры в синем. Я вздрогнула: оказывается, на возвышении стояло не менее тридцати гвардейцев! Всегда молчаливые, бессменные охранники вдруг заговорили: как по команде, коротко и слаженно трижды прокричали что-то и отсалютовали императору, вскинув правую руку, сжатую в кулак, к левому плечу.
Тут же клич подхватили аристократы, но на свой манер: в толпе начали раздаваться приветственные возгласы, крики, даже аплодисменты. Наим, посидев так ещё с минуту, быстро наклонил голову, обозначая вежливый кивок, и… растворился в воздухе! Следом за ним, один за другим, так же исчезли гвардейцы. Шумящая толпа начала поворачиваться к выходу.
- И это всё? – недоверчиво спросила я Лавинию. – Так быстро?!
- Да, – рассеянно ответила она, покусывая губу. – А зачем тянуть? Всё, что требовалось – чтобы кто-то надел на него корону.
- А кто был этот дедуля?
- Самый старый аристократ империи. Кажется, ему уже исполнилось сто пятнадцать лет.
- Надо же! Неплохо сохранился, – восхитилась я. – И куда теперь?
А теперь, как оказалось, все приглашённые перетекали из коронационного зала в остальные дворцовые помещения, подготовленные для развлечений. Мы вышли следом за всеми, не принимая участия в весёлых разговорах и взрывах смеха, то и дело раздававшихся отовсюду. Когда я вспоминала, что всего два дня назад эта толпа искренне скорбела над телом умершего властителя, происходящее ещё больше напоминало какую-то фантасмагорию. Воистину, надо было родиться и умереть здесь, чтобы не замечать вокруг ничего странного.
Мы не стали уходить вглубь лабиринта залов, выбрав небольшое проходное помещение, позволявшее видеть развлекающихся гостей, но обеспечивающее хотя бы видимость уединения. Настроение, Всевидящий знает почему, было отвратительным. Лавиния молчала, Маугли насторожённо оглядывался, один стратег казался невозмутимым. Расположившись, хоть и с трудом, креслах, мы сидели, думая каждый о своём. Проклятые костюмы старательно отравляли жизнь.
- Когда мы сможем уйти? – осведомилась я негромко, разглядывая прогуливающиеся пары сквозь стоящую колом золотистую юбку верхнего платья.
- Не раньше, чем через пять часов, – ответил Эдор, наклоняясь всем корпусом вперед, чтобы взять бокал с лимонадом.
- Кто-нибудь видел Эктора? – спросила Лави, выныривая из своих дум.
- Я, мельком, – ответил мачо, разглядывая янтарную жидкость в бокале. – Они были в числе родственников императора, с другой стороны сцены.
Златовласка кивнула и снова ушла в себя.
- Давайте не будем привлекать внимания своими мрачными физиономиями, – сказал стратег, всем корпусом поворачиваясь к нам. – Мы на празднике, помните об этом… Лави, прошу тебя. – ГИО-девушка тут же подняла голову и улыбнулась. – Не расслабляйтесь, друзья мои, еще не время…
Насколько он оказался прав, выяснилось уже очень скоро. Всего лишь через час, когда я стояла у стены одной из танцевальных зал, ожидая, когда закончится музыка, и Эдор с Лавинией покинут шеренгу танцующих, возле меня материализовался гвардеец в синем. Не удержавшись, я шарахнулась от него в сторону, и в результате, чуть не налетела на вторую фигуру, возникшую с другой стороны.
- С-сагите Ва-айберссс… – прошипел первый, наклоняясь ко мне. – Император ж-шшдёт васссс…
- Что? – поразилась я. – Меня? Император?!
- Да… Это сссрочшшно… Пож-шшшалуйссста, не медлите…
