Уже поздним-поздним вечером я, обойдя всё, что было можно, раздав похвалы и моральные затрещины, вернулась в свой кабинет и упала в кресло, мечтая о чашке кофе. Всё тело ныло от усталости, и я почти невольно вспомнила о волшебных руках Маугли, о том, как он, бывало, делал мне массажи. Почему-то сейчас эти воспоминания казались особенно горько-яркими, как иллюстрации к истории прошедшего счастья.
Я прикрыла глаза на несколько секунд и позволила себе ослабить барьер, за которым пряталось всё, что относилось к Вайятху. Тут же захлестнуло волной тревоги, страха и разочарования: три дня прошли, и ни один из них не принёс никаких вестей о Маугли, как будто он растворился где-то за пределами этого чудовищного дворца, порабощающего тех, кто имел несчастье очутиться в нём.
Я снова, как мантру, повторила доводы, что крутились в памяти, помогая держаться, делать своё дело, и не искать лягушонка: он свободен. Наконец-то свободен. И волен жить так, как ему захочется. Между прочим, волен вовсе больше никогда не встречаться со мной, если ему не захочется. И это только моя проблема, что при одной мысли об этом, тут же начинает спотыкаться сердце, а перед глазами всё расплывается. Моя печаль, не его… У него должно быть всё хорошо.
Борясь с собой, я всё-таки пошла на компромисс, и позвонила в дом на пляже. Не самому Маугли, а просто в дом, рассчитывая, что кто-нибудь из слуг ещё не спит, несмотря на поздний час. Так и вышло: мне ответила сама Мария. Обрадовавшись, я неосмотрительно спросила её, как они пережили последние события, а дальше минут пятнадцать не могла вставить ни одного слова: изнервничавшаяся горничная буквально завалила меня эмоциями, переживаниями, догадками и потрясением от того, что брат «сагата Эдора» стал императором.
- Уму непостижимо! Ведь этого не может быть? – спросила она меня, наконец.
- Увы, может, – подтвердила я. – Именно так и случилось. Мы и сами ничего подобного не ожидали… Ну, раз так захотел покойный правитель, нам остаётся только выполнить его волю.
Мария недоумённо покачала головой, поджав губы. Похоже, поскольку она знала нас лучше, чем всё остальное население, ей не верилось, что такие «обыкновенные» люди могут вдруг в одночасье стать во главе Мирассы. Воистину, нет пророка в своём отечестве! Впрочем, успокаивать её и убеждать в том, что Эктор способен справиться не с одной планетой, а и с парой, особенно, если позовёт на помощь кое-кого, мне было некогда, поэтому я просто перешла к тому, зачем, собственно, позвонила.
- Мария, я хотела узнать, а где сагат Маугли?
- А, этот ваш мальчик? – в голосе старшей горничной явно прорезалось неодобрение. – Не знаю, он ушёл.
- Ушёл? – уже не пытаясь скрыть страх, переспросила я. – Куда ушёл? Когда?!
- Да дня четыре назад. Как привёл его этот охранник императорский, он закрылся с ним в комнате, и до самого утра они сидели вместе. Всё разговаривали о чём-то… Я несколько раз подходила к двери, беспокоилась. И всё голоса слышались. А потом, уже утром, смотрю – он у входной двери. Я его спрашиваю, мол, куда собрались? А он мне отвечает: «Полечу к друзьям. Не ждите». Я и говорю: «Куда к друзьям-то, далеко?» А он: «Да, далеко, очень далеко, в горы. Можно только на флайере добраться». Я ему: «А что отвечать, если будут спрашивать о вас?» Он говорит: «Так и отвечай, мол, улетел, и всё. Передай, что я благодарю всех и прошу не беспокоиться». Вот такая история с вашим мальчиком!
Я застыла, глядя невидящими глазами на взволнованное лицо горничной.
Улетел… Всё-таки улетел. Ну да, понятно – старые эмоции стёрли, а новых просто не было. Видимо, единственное, что он смог придумать, это покинуть дом на пляже и отправиться… К кому он мог отправиться, кого считал друзьями даже после процедуры смены установок? Собственно, понятно, кого, – полосатый бугай, как живой, встал у меня перед глазами. Наверняка, Маугли у них. Остаётся надеяться, что ему там будет хорошо, и он вправду найдёт много друзей, готовых полюбить его.
Мария что-то сказала, и я с усилием заставила себя сосредоточиться на её словах.
- Что?..
- Я говорю, может, вы заберёте его?
- Кого?
- Да гвардейца этого! Он тут до смерти всех служанок уже перепугал!
Я захлопала глазами.
- А гвардеец жив?!
- Да живёхонек, о чём я вам и говорю!
- Но почему он остался у вас?
- Не знаю… Ну, сагат Маугли, когда улетал, сказал, что оставляет его защищать нас. Как-то так выразился: мол, мало ли что… Время смутное, непонятное. А чего непонятного-то? Сагат Эктор теперь император, кто нам что может сделать? Смешно прямо…
Я слушала Марию, округлив глаза. Это что же выходит, Маугли ухитрился как-то обойти приказ самого Грасса?! Избавил гвардейца от необходимости подчиниться распоряжению умереть вслед за хозяином? Или арх-генерал сам успел разрешить этому солдату жить дальше, как тем тридцати, что состояли в охране Карии и Эктора? Снова одни вопросы…
- Так что, заберёте вы его? – повторила Мария.
