Хочу ли я? Да я просто мечтала об этом! Конец холодным одиноким ночам, постоянным мучениям, работе на износ и вопросам без ответов, которые некому даже задать…
Кажется, Маугли всё понял ещё раньше, чем я успела сказать вслух о своих чувствах: он решительно шагнул ко мне и крепко обнял. От его близости сердце в груди заколотилось с удвоенной силой, а ноги начали опять подкашиваться. Вограны знают почему, но стоять рядом с вернувшимся лягушонком я совершенно не могла! Пришлось повиснуть у него на руках. Впрочем, его это ни капельки не смутило, он просто прижал меня к себе ещё крепче и потянулся к моим губам. Первое же прикосновение заставило меня застонать: настолько забыто-сладким оно было!
Зарывшись пальцами свободной руки во влажные волосы моего – снова моего! – Вайятху, я заново училась ощущать его рядом. Оказывается, я смертельно соскучилась по нему: его рукам, губам, глазам, объятиям и даже дыханию, которое становится таким неглубоким и прерывистым, когда мы целуемся, потому что он попросту забывает дышать, как и я… И от нетерпеливой радости предвкушения начинает кружиться голова, а пол неумолимо уезжает из-под ног или начинает раскачиваться, будто под нами не твердь, а зыбкая вода…
Я спохватилась только тогда, когда опять чуть не уронила цветок. Оторвавшись от Маугли на одну секунду, чтобы положить светящееся доказательство наших чувств на ближайшую свободную поверхность, тут же вернулась к прерванному занятию. Я пила и пила его поцелуи, как живительную влагу иссохшееся растение, наполняясь силой, радостью и уверенностью, что вот теперь-то всё будет хорошо… Не может не быть хорошо, если он вернулся ко мне, став свободным!
Первые нежные касания давно сменились страстными ласками, как вдруг Маугли отстранился, удерживая меня на вытянутых руках.
- Погоди, погоди, – пробормотал он, с трудом переводя дыхание. – Я не хочу набрасываться на тебя, как дикий зверь… Так нельзя…
Это заявление было сродни подвигу, учитывая, что глаза у лягушонка уже сияли, как две бледно-фиолетовых луны. Раньше, до того, как я объединила обе его половины, это как раз означало полную власть хищника над ним.
- Давай… немного притормозим? – попросил неузнаваемый Маугли. – Мне надо в душ… В последний раз я купался два дня назад. Можно?
- Можно, – согласилась я, не очень-то понимая, чего он хочет. Душ? Какой, к Вогранам, душ? Зачем?!
- А где он? – озираясь, уточнил Вайятху.
- Кто?
- Душ.
- Душ?.. – тупо переспросила я и тоже огляделась вокруг. Наличие у Маугли каких-то других насущных потребностей, кроме как во мне, нипочём не желало доходить до моего сознания.
- Так где тут ванная? – снова спросил он.
- Понятия не имею, – честно ответила я.
Нет, вообще-то, конечно, мне следовало знать, где находится санузел, потому что я прожила в этих покоях уже три дня, но вот именно сейчас в памяти царила полная неразбериха.
- Ладно, разберёмся, – пробормотал Маугли и вдруг подхватил меня на руки. – Сейчас…
Не знаю, как ему это удалось, но он справился: через несколько минут я обнаружила, что мы всё-таки нашли ванную комнату, и некоторое время Маугли осваивал её, почти наощупь, потому что выпустить любимого из объятий меня не заставило бы, наверное, ничто на свете. Слава Всевидящему, он сделал всё сам, и мы, так и не отстраняясь друг от друга, оказались под тёплым ливнем. Тут только до меня дошло, что надо было раздеться, и пришлось исправлять этот досадный промах, швыряя ненужные мокрые вещи куда-то в стороны, подальше, чтобы они не мешали нам заново сотворять наш мир, один на двоих, в котором вновь происходили чудеса, порождённые любовью…
На этот раз изменения реальности были каким-то нежными, ласковыми, трогательными, как никогда до этого, когда они происходили по воле Проводника. Например, струи воды, бившие из потолка душевой кабины, внезапно запахли цветами, а потом вообще стали сладковатыми на вкус.
- Ммм… Вку-усно… – пробормотала я, ловя губами капли. – Тебе нравится сладкий дождь?
- Не знаю, никогда не пробовал, – ответил Маугли, облизывая губы.
- Разве ты не чувствуешь вкуса? – удивилась я.
- Нет… Каждый из нас видит своё. Сладкий дождь – это у тебя.
- А у тебя что?
- У меня? Лепестки сафориса… Падают и кружатся вокруг тебя.
- О, у тебя красивее… А можно, чтобы мы видели одно и то же?
- Н-не знаю… – Вайятху слегка нахмурился. – Никогда не пробовал. А почему бы и нет?..
Он взял моё лицо в ладони и уставился прямо в глаза немигающим взглядом, живо напомнив самое первое занятие любовью с Проводником. Вдруг стало очень горячо внутри, а потом показалось, что что-то невесомо и ласково пролилось сквозь меня, от самой макушки до пяток, заполняя ощущением нереальной лёгкости и всемогущества. Горящие фиолетовым огнём зрачки не отпускали, и я только боковым зрением замечала, как меняется пространство вокруг нас, как будто его кто-то стирает или застилает туманом, создавая новое, чистое полотно для другой реальности.
- Желай… – прошептал любимый голос прямо у меня в голове.
- Чего желать? – беззвучно шевельнув губами, спросила я.
- Чего хочешь… Сейчас ты можешь всё. Желай…
