- Вы к нам насовсем приехали?
- А когда вас привезли?
Обалдевшие от такого обилия внимания, лягушата сначала только испуганно таращили глаза на новоявленных «следователей», но потихоньку расслабились и принялись отвечать детям. Следом за человеческими сиротами подошли и остальные мои подопечные-Вайятху, чтобы тоже ободрить и поддержать соплеменников.
Вообще, надо сказать, что объединение детей и бывших рабов сказалось на всех самым лучшим образом: и те, и другие стали смелее, живее, непосредственнее и внимательнее. Я ждала времени, когда прекратится приём любых лекарств, и лягушата раскроются, наконец, во всей своей красе. Мне казалось, что после этого развитие двинется семимильными шагами.
День завершился всеобщим братанием и совместным ужином на полу, поскольку уговорить новичков сразу усесться за столы было невозможно. Памятуя собственные мытарства, я и не настаивала: в деле перевоспитания Вайятху выигрывал тот, кто никуда не торопился.
Через пару дней я получила радостное известие: Вигор, наконец, согласился начать подготовку к изменению физического облика лягушат. Их нужно было обследовать по одному, чтобы потом составить модели для будущих изменений, и это тоже требовало внимания: зеленокожие, в точности, как Маугли когда-то, с подозрением относились к любым медицинским процедурам, и впадали в панику от самого невинного осмотра. Не помогала и возможность свободного общения с ними (каждый лягушонок был мною лично перенастроен на пользование лингвой). Они слушали объяснения и уверения в собственной безопасности, и… пугались до обморока. Поскольку таскать их в лабораторию викинга в Цитадели было совершенно нереально, пришлось ему привезти свой аппарат к нам, а заодно и второго генетика, чтобы показать ему, как надо снимать «мерки» с лягушат. Я впервые увидела «живьём» ещё одного генетика, и была сражена наповал тем, насколько он отличался от Вигора. Просто настоящий антипод!
Начать с того, что брата морского разбойника превратили в брюнета, с чёрными же бровями и ресницами. Плюс та самая косметическая операция (а может, и не одна), о которой говорил Эдор – и, в результате, из сногсшибательного золотоволосого северного бога получился достаточно заурядный, хотя и симпатичный парень.
Всё время, пока он пробыл у нас, я почти невольно продолжала искать сходство с Вигором. Постепенно, приглядываясь, обнаружила, что глаза у новоприбывшего такие же синие, и профиль своей чеканностью очень напоминает брата, но разрез глаз, подбородок и даже фигура – всё разительно отличалось! Как генно-изменённым это удалось – знал один Всевидящий.
Его имя, естественно, тоже начиналось на «В» – Вайнор, но, словно чтобы сделать генетиков ещё более непохожими, этот эскулап был невероятно милым и вежливым. С первых секунд встречи он вогнал меня в краску, поцеловав руку и засыпав комплиментами и благодарностями за мои мифические отвагу, стойкость и способность служить всем путеводной звездой.
Я даже растерялась, потому что давно уже не чувствовала себя ни вдохновительницей, ни примером для того же Вигора или Эдора. Скорее уж, я ощущала себя неким багажом, который тащили за собой ГИО-изменённые, особенно в последнее время… К счастью, хвалебные оды прервал блондинистый бог варваров, который слишком сильно ценил своё время, чтобы терять его на всякие пустяки. Он решительно призвал нас не отвлекаться, и мы занялись делом, так что сгореть от смущения я не успела.
Не будучи ещё испорченным частым общением с людьми, Вайнор выказывал столько доброжелательности и готовности помогать, что не поладить с ним было просто невозможно. Он и с Вайятху довольно легко нашёл общий язык, так что они зеленели, теряли дар речи, но послушно выполняли всё, что он им говорил. Предводитель морских разбойников, убедившись, что брат вполне справляется, через день улетел обратно в столицу, но предупредил на прощанье, что времени у нас не так много, и вообще, кроме моих лягушат, на этой планете есть ещё куча проблем, для решения которых тоже нужно это оборудование и внимание обоих генетиков.
Дальше мы справлялись вдвоём с Вайнором, и надо сказать, справлялись неплохо. Опять-таки, в отличие от нетерпеливого Вигора, второй генетик с удовольствием долго и подробно рассказывал мне о процедурах, которым подвергались Вайятху, описывал, чего следовало ждать, а чего стоило опасаться, какие лекарства можно было отменять, а какие – продолжать давать, причём, расписывал всё это для каждого лягушонка.
И именно он, в первый же день нашего совместного труда, уже без надзора блондинистого варвара, усадив очередного дрожащего пациента в кресло и включив медицинский диагностический модуль, как бы невзначай спросил:
- Тэш, ты так беспокоишься, что иногда запах твоей тревоги перекрывает даже панику этих бедолаг. У тебя что-то случилось?
- Ничего. – Я попыталась взять себя в руки. Получилось не очень хорошо. – Видишь ли… Я жду звонка от Маугли, он должен вот-вот связаться со мной.
- Маугли? Это тот самый Вайятху? – заинтересовался Вайнор.
