Несколько минут возились, пытаясь улечься поудобней, неожиданно Кэтрин зашипела, больно ткнув кузину в бок:
– Тихо ты, слышишь?
– Что? – Не поняла Бренда.
– Кто-то царапается за стеной.
– Наверно крысы. – Равнодушно тихим голосом успокоила Бренда.
– А – Кэтрин легко, словно пушинка, перелетела через подругу и в одно мгновение оказалась в противоположном углу комнаты.
Под воздействием такой бурной реакции, Бренда непроизвольно с опаской присела. Расширенными от ужаса глазами обе напряженно всматривались в стену, комната, наполненная вечерним сумраком, выглядела зловеще. Вначале Бренда подумала, что ей просто показалось, будто висевший на стене, возле кровати, протертый до дыр старый гобелен закачался, она до боли в глазах напряженно всмотрелась и уже вполне отчетливо различила, гобелен действительно раскачивается. Ее мгновенно, словно ветром сдуло с кровати, подскочив к дрожавшей всем телом Кэтрин обнявшись плотно прижалась друг к другу и замерли. Следом раздался протяжный негромкий скрип, край гобелена откинулся, и появилась вначале одна рука, державшая горящую свечу, затем выглянула и женская голова. От сквозняка свет свечки трепетал и отражался в ее глазах, мерцающий отблеск придавал им совершенно безумный вид. Остановив взгляд на растерянных девушках, неизвестная требовательно попросила:
– Отодвиньте кровать, мне не пройти.
Обе как загипнотизированные с готовностью кинулись исполнять просьбу, сдвинув в сторону кровать, пораженные замерли, увидев за гобеленом приоткрытый проем в стене.
Дама приподняла руку, в которой держала свечку повыше, пытаясь получше осветить комнату, как будто желала убедиться, что девушки находятся здесь одни, успокоившись, ногой прикрыла дверь и отпустила край гобелена, несколько секунд они, молча с опаской, разглядывали друг друга.
– Кто вы знаю и мне известно, с какой целью вас здесь держат. Я леди Ингрид, хозяйка этого замка, вернее, когда-то ей была.
Девушки недоверчиво смотрели на даму, действительно на хозяйку замка она была мало похожа, с растрепанными волосами, в старом оборванном платье, уже довольно не молодая с нездоровым блеском полубезумных глаз, незнакомка по виду больше подходила к тому, что она приходится дочерью уже знакомой им старухи.
– Вы мне не верите? – Грустно улыбнулась леди.
Бренда растерялась, с одной стороны, совсем не хотелось обижать даму, к которой неизвестно почему и за что она невольно вдруг прониклась симпатией, с другой, прекрасно помнила, коварство Джеймса безгранично.
– Мы даже не знаем, где мы находимся и впервые видим вас. – И небрежно, как бы невзначай уточнила. – Вас прислал Джеймс?
Лицо дамы исказилось, одновременно отразив отчаяние и оскорбление:
– Вы мне не верите? Думаете, меня подослали? Прекрасно понимаю и не обижаюсь, на вашем месте, наверно, я бы тоже не поверила.
Леди Ингрид разговаривала полушепотом и они, непроизвольно подражая, заговорили также.
– Почему мы в вашем замке? Что это за замок? Джеймс ваш родственник, почему он находится здесь?
Глубоко вздохнув, дама присела на край кровати, лихорадочно перебирая пальцами подол своего платья.
– Этот замок с момента постройки всегда принадлежал нашему роду, переходя от отца к сыну. По происхождению мы саксонцы и всегда этим гордились. – Она печально улыбнулась – Думаю, этим уже многое сказано, всем известно, как наш король и принц Джон ненавидят саксонскую знать. Они даже и не пытаются это скрывать, открыто поощряя рыцарей, убивающих саксонцев и захватывающих наши земли и замки. Увы, печальная участь не обошла стороной и нашу семью. С полного согласия принца Джона Джеймс Клайв захватил замок, безжалостно истребив всех до одного, в живых оставил лишь меня, в качестве временного развлечения для себя. Самому младшему из нашего рода, моему племяннику было всего пять лет, убийца не пощадил даже и его.
По лицу говорившей побежали слезы, но она даже не подняла руки, чтобы вытереть их.
– И вы, согласны выйти за него замуж? – Поразилась наивная Кэтрин.
Дама с удивлением посмотрела на нее, качнув головой, презрительно скривила губы.
– Разве я говорила о свадьбе? Об этом не может быть и речи, причем как с его стороны, так и с моей. Зачем ему жениться на мне? Король не станет вступаться за саксонскую леди, да и замок теперь принадлежит Джеймсу на правах победителя, а он к нам питает те же чувства, что и его господин. К тому же я уже стара, а он мечтает иметь наследника, поэтому я всего лишь трофей и уже давно ему надоела. За что я его ненавижу, думаю больше не стоит объяснять?
Бренда задумчиво отрицательно покачала головой, с сочувствием глядя на даму, уточнила:
– Вы были замужем?
На какой-то миг в усталых потухших глазах леди промелькнуло оживление:
