– Я не знаю точно, но у молодых драконов не всегда получается контролировать свою силу. И случаются…инциденты.
Я глубокомысленно закивала, слово принимая его объяснение за чистую монету. Пускай ломает комедию, я и знака не подам, что в курсе о том, что Лоркан – рубиновый дракон.
– И что же случилось?
Одхан посмотрел на свои ладони, как будто впервые их видел. Или же спустя столько лет все еще не мог объяснить себе, как именно оказался рядом с Лорканом в миг, когда ему больше всего требовалась помощь. Голос его звучал глухо, словно доносился ко мне через плотную пелену воспоминаний.
– Дворец объяло огнем – в эпицентре находился Кан. То, как быстро распространялось пламя…ему никто не смог бы помочь. Старик-маг пытался, надо отдать ему должное, изо всех сил, но, когда ему дочерна обожгло руки, толка от него стало ноль.
Я представила себе эту сцену: маленький мальчик, выбившаяся из-под скудного контроля мощь. Треск паркетной доски, которая лопалась и вздувалась под воздействием жара. Паника, истерика, безнадежность… Они пропитали меня, словно запах гари. Я чуяла его так, словно что-то полыхало совсем рядом, отправляя и меня, и Одхана едким дымом. Видения были слишком реальны, и я уставилась на волшебника, сидевшего до подозрительности невинным видом.
– Ваши проделки? – я разогнала ладонью призрачный образ полыхающего дворца, словно облако дыма, и нахмурилась. – Просила же – без фокусов.
Одхан дернул плечом, придвигаясь ближе к огню. Магия не грела его, он старался добраться до источника тепла всеми способами, а черная мантия сушилась на вешалке у входной двери, силуэтом напоминая застывшего в ожидании соглядатая.
– Я не знал, как показать вам весь ужас того дня, простым словам вы бы не поверили.
Он был прав – за свою жизнь я выслушала немало историй, холодящих кровь, и имела к ним стойкий иммунитет.
– Я так и не смог понять, как из подвала, где следил за кипением пустячного зелья, оказался на лестнице. Лоркан балансировал на перилах балкона, готовый в любой момент прыгнуть вниз и покончить с собой, чтобы оборвать мучения. А дальше… Все вышло, само собой. Позвольте мне показать вам!
Он вновь потянулся ко мне, я не успела его остановить. Горячие пальцы сомкнулись вокруг запястья, погружая в плен чужих воспоминаний.
Юный Лоркан – темноглазый мальчик, с чистым и умным лицом, искаженным болью – взлетел на перила, покачиваясь. Языки алого пламени с наслаждением облизывали кожу, словно готовились к основной трапезе.
– Не подходите! – очередная судорога пробежала по его телу, когда Восьмой Дракон и благообразный старик с посохом приблизились. Морщинистые руки придворного мага были покрыты страшными волдырями, посох дрожал в ладонях.
– Сын мой… – Восьмой Дракон протягивал руки, на которых от потрясения выступила чешуя, в отсветах пламени мерцающая всеми оттенками зелени.
Льдистая сфера созрела в руках Одхана раньше, чем он успел о чем-либо подумать. Она росла, пока не сорвалась с кончиков пальцев, устремляясь прямиком к княжичу. Лед и пламя встретились с тихим звуком, от которого все остальное – треск, крики, шипение плавящегося мрамора, – стихло. Сфера толкнула Лоркана в грудь, вынуждая соскользнуть с перил.
Пламя потухло в один миг, как не было. А перед глазами Одхана встала сизая пелена.
– Что было дальше – знаю лишь по рассказам очевидцев, – улыбка у собеседника была невеселая, и впервые за наше знакомство я ему поверила. – Я потерял сознание, а очнулся лишь через две недели. Старый волшебник уже не оправился от ран, и после этой трагедии всерьез принялся за мое обучение.
– Очень занимательная история, но я не могу уловить сути, – я нахмурилась, – так вы и стали с Лорканом названными братьями, это ясно. Но при чем тут драконье благословение?
– Вы нетерпеливы, Ималия, но красивой женщине простительны слабости. Восьмой дракон сделал мне самый дорогой подарок,на который был способен. Драконье благословение – я неуязвим. Ничто не сможет повредить мне – ни клинок, ни огонь, ни драконье пламя.
Повисла пауза, и я пыталась прийти в себя после такого заявления.
– Бессмертны?
Одхан с усмешкой покачал головой:
– Ну что вы, я могу умереть. От старости или по собственной воле.
Интересный расклад получается, с какой стороны не посмотри. Неуязвимый маг, обладающей сногсшибательной силой. Захоти он, и любое княжество будет у его ног.
– Старый князь надеялся, что моя устойчивость к драконьему пламени однажды спасет Лоркану жизнь.
– Это никак не объясняет то, что те, кто поддавался вашей магии, сошли с ума.
Волшебник мягко улыбнулся, дотрагиваясь до кожаных ремней на груди:
– Моя сила с каждым днем росла, я и не думал, что обладаю таким даром. Иногда она ведет себя своевольно. Я не уверен, но есть вероятность, что это ее проделки. Готов признать любую вину, если вы пойдете мне навстречу.
– Это обратимо? – во рту пересохло, я облизнула губы. С нетерпением ожидая ответа, я не могла не заметить, как сошлись на переносице тонкие рыжие брови:
– Я сделаю все возможное. Если вы пойдете мне навстречу, повторяю.
