— А если мы уложим агентов СД? — прошептал Богер.
— Я думаю, что они уже мертвы, Богер. Выполняйте приказ! — зашипел я и шагнул в темноту перуанской пирамиды.
Сделав несколько осторожных шагов, я уловил слабый запах пороха, и моя уверенность, что столкновения с врагом не избежать, окрепла. Петляя по холодным галереям, я минут через десять вышел к своеобразному перекрестку, в центре которого высилась пятиметровая колонна в виде копья, на котором было изображено фантасмагорическое существо с человеческим телом и головой ягуара, оснащенной острыми клыками. У основания колонны, свесив голову набок и широко раскинув ноги, сидел мертвец. Светлые волосы поблескивали инеем. Невидящими глазами он смотрел куда-то мимо меня. На нем была куртка без каких-либо опознавательных знаков, а на коленях лежал немецкий «МП-40» без магазина. Пустой магазин был зажат в мертвой руке. На куртке ясно виднелись два пулевых отверстия в области сердца. Электрический фонарь, стоящий на каменистом полу, все еще горел. В его неясном свете мертвец казался живым, как и изображение человека-ягуара. Находясь в тени, я всем телом прижался к стене. Возможно, кто-то уже ждал, когда я выйду на свет.
Я долго вслушивался, но, кроме гула завывавшего где-то наверху ветра, никаких иных звуков уловить не удавалось. Стараясь не покидать тени, я сделал шаг вдоль стены. В одном из узких туннелей чуть слышно хрустнул песок. Я выстрелил в лампу и бросился в сторону, на пол. На том месте, где я только что был, разорвалась граната. Перебросив «МП-40» за спину, я выхватил кинжал и бросился навстречу врагу, пока он ничего не видит, а эхо взрыва все еще гудит у него в ушах. Я надеялся в темноте обезоружить его и взять в плен. Но противник предугадал мой маневр и открыл шквальный огонь из автомата. Вжавшись в каменную кладку у входа в туннель, я решил подождать. Наконец огонь прекратился, и наступила тишина. По всей видимости, противник тоже решил выждать, и я снова обратился в слух. Прошло достаточно много времени, когда я расслышал еле уловимый шорох. Враг все-таки решил выдвинуться вперед. Двигался он очень осторожно, но быстро и спустя несколько секунд оказался совсем рядом. В руках у него был тоже «МП-40». «Может быть, он все-таки из СД?» — раздумывал я. Вытянув руку в сторону, противник все же решился включить фонарь.
— Брось оружие, я — офицер СС, — сказал я по-немецки, приставив нож к его шее.
Плечистый белобрысый парень, одетый в серый утепленный комбинезон, замер.
— Фонарь тоже можешь бросить, — продолжил я и посильнее нажал на лезвие кинжала.
Человек в комбинезоне бросил автомат и фонарь на камни. Я почти физически ощущал его мысли. Единственное, о чем он сейчас думал — так это о том, как провести удачный прием и избавиться от меня. Я достал из его кобуры пистолет. Это был американский армейский «кольт». Фонарь на камнях продолжал светить. Я выстрелил в него, и снова наступила темнота.
— Где груз?
Пленный молчал. Я вздохнул и выстрелил еще раз, на этот раз ему в ногу. Даже не охнув, парень упал на колено. Сзади послышался слабый шорох. Не отнимая кинжала от горла белобрысого пленника, я обернулся и открыл огонь из «кольта» по силуэту в конце туннеля, но противник, проявляя хорошую подготовку, сумел уклониться и, прежде чем исчезнуть за поворотом, дать в мою сторону короткую автоматную очередь. Белобрысый тоже решил время не терять. Перехватив запястье моей руки с кинжалом, он попытался вырваться. Я с размаху ударил его рукояткой пистолета по голове. Скрутив ему руки, я оттащил его к колонне и прислонил к ней спиной. Что-то было не так. Через минуту я понял, что перестарался. Пленный был мертв — я не рассчитал удар пистолетом. Теперь у колонны расположилась целая коллекция мертвецов. Я быстро осмотрел карманы белобрысого, но там обнаружились лишь пачка местной валюты и паспорт на имя гражданина Аргентины. Забрав паспорт и оставив мысль о допросе, я нырнул в проход, из которого меня обстреляли. Еще полчаса пропетляв по лабиринтам Чавина, я наткнулся на туннель, усеянный трупами и стреляными гильзами. Я насчитал восемь тел в гражданской одежде. Кто из них кто, понять было невозможно. В одной из каменных ниш я обнаружил мертвого радиста с немецкой рацией в обнимку. Чего-либо похожего на разыскиваемый «груз» я нигде не видел. Собрав все документы из карманов погибших, я стал осторожно пробираться дальше.
