Рыжеволосая, вздрогнув, повернулась лицом к стене. Головная боль стала отступать. Не опуская руки с пистолетом, я заглянул в ящик. На толстом слое песка покоился человеческий череп. Выполненный неизвестным мастером из прозрачного материала, он отливал мягким и в то же время зловещим голубоватым светом. В глубине темных глазниц слабо мерцали радужные огоньки. Когда-то Хорст рассказывал мне, что в 1927 году при раскопках древнего города майя во влажных тропических джунглях Британского Гондураса английским археологом Митчелл-Ходжесом было обнаружено необычное произведение искусства — точная копия человеческого черепа из цельного фрагмента горного хрусталя. Предполагалось, что он создан несколько тысяч лет назад и обладает необычными свойствами. Согласно древней индейской легенде тот, кто соберет все хрустальные черепа, созданные древними богами, а их было создано несколько, сможет повелевать миром. И теперь перед собой я видел, по всей видимости, один из таких черепов. Не удержавшись, я провел по нему пальцами. Идеально гладкая поверхность хорошо ощущалась даже сквозь кожу перчатки. Странные далекие голоса вкрадчиво стали заполнять мой мозг, а перед глазами возникли неясные, полупрозрачные фигуры. Я поторопился отдернуть руку. Звук автоматных очередей за спиной резанул по ушам. Метнувшись в сторону, я развернулся назад. Но стрелять не понадобилось — Грубер и пара гренадеров из его группы стояли над британским автоматчиком, которого я поразил ранее. Курт расстегнул его комбинезон. Под ним виднелся бронированный панцирь.
— Этот парень хорошо подготовился, — посмотрел на меня Грубер.
— Спасибо, Курт, — поблагодарил я его и с досадой подумал: «„кольт“ не „молох“ — надо бить в голову».
— Курт, обойдите все трупы и соберите документы и оружие. Потом пришли кого-нибудь за ящиком. — Стянув девушке запястья ремнем, я взял ее под локоть и повел к лестнице, ведущей наверх. — Девчонку я отконвоирую сам.
Пока мы шли к выходу на поверхность, мысли мои продолжали вертеться вокруг необычной находки. Существовала версия, что черепа были изготовлены в Атлантиде и, собранные все вместе, позволяли посвященным в тайну заглядывать в прошлое и предугадывать будущее. Но в своих снах-воспоминаниях я не встречал ничего подобного.
Размышляя, я ослабил хватку, и девушка, воспользовавшись этим, вырвалась и бросилась к выходу из пирамиды. Одним прыжком я почти догнал ее и уже протянул руку, чтобы схватить, как автоматная очередь прошила ей грудь. Штольц был метким стрелком, а у девчонки на рукаве отсутствовала белая повязка.
— Штольц, не стрелять! — крикнул я в темноту, но было поздно. Склонившись над девушкой, я сразу понял, что она мертва.
— Наповал, — тихо произнес Богер. Штольц хмурился, поглядывая на меня.
— Все правильно. У нее не было повязки, а у тебя имелся приказ, — разогнулся я и, пролистнув ее документы, сунул их себе в карман. На выходе появился Грубер и его эсэсовцы с ящиком.
— Хенке где? — спросил я Курта.
— Пересекался с ними внизу. Преследовали одного из британцев.
— Трупов много насчитали?
— Четырнадцать. Документы, у кого были, собрали.
— Ладно, забирай Штольца и Богера, и двигайтесь к «Врилу». Я дождусь Хенке с его людьми, — хлопнул я Курта по плечу. — Учти, груз весьма ценный.
Грубер повел отряд к нашему кораблю, а я остался у входа в пирамиду. Чтобы укрыться от колючего горного ветра, я решил снова вернуться под ее своды, но тут мой взгляд упал на мертвую девушку, беззащитно лежавшую на камнях.
«Она специально бросилась вперед, предугадав притаившегося в камнях автоматчика. Сама решила умереть. Что толкнуло ее на это? Страх или ненависть?» — думал я, снова склонившись над ней. Убрал прядь волос с лица и понял, что ей не более двадцати — двадцати двух лет. Как это несправедливо — молодая красивая женщина умерла на самом взлете своей жизни. Сколько же сейчас по всему миру погибает людей — молодых и старых, красивых и не очень? Стоят ли цели, ради которых они погибают, этих жизней?
«Нельзя ее так оставлять. Надо похоронить», — подумал я и осторожно, стараясь не ступать на окровавленные камни, поднял ее и понес к ближайшей полуразрушенной стене.
Вынув тесак, я стал готовить могилу. Уложив девушку в земляную нишу, я стал аккуратно закладывать ее камнями. Я выкладывал их плотно, не оставляя щелей. Через полчаса дело было сделано, и, встав перед каменным холмиком, я склонил голову в знак уважения перед своим хрупким врагом, павшим как настоящий солдат. Только была ли она мне врагом?
Я посмотрел на часы. Скоро час, как я жду Хенке. Вернувшись к пирамиде, я, поразмыслив немного, шагнул внутрь.
