К концу декабря сорок третьего года восстановительные работы в Новом Берлине почти закончились, а на бетонированной площадке у озера были собраны и готовы к новым испытаниям летательные аппараты «Врил», «Ханебу-2» и «Ханебу-3». Был готов к полету и «Молох». На испытаниях собирался присутствовать рейхсфюрер, но, по всей видимости, положение на театре военных действий было неважное и возможности появиться в Новом Берлине у Гиммлера не возникло. Вместо него прибыл оберштурмбаннфюрер Вальтер Вюст. Одновременно с ним на пирсе Нового Берлина появилась группа людей в гражданском платье во главе с неким доктором Фрицем Раухом. Матросы с помощью лебедок возились с их багажом — длинными металлическими ящиками, опутанными трубками и проводами, выгружая их из торпедного отсека. Сначала мы с Хорстом подумали, что это ожидаемая группа физиков-ядерщиков, но, как оказалось, ошиблись.
— Доктор Раух и его группа специалистов будут заниматься исследованием так называемой лаборатории Осириса и возможностей медицинского оборудования «Молоха», — пояснил Вюст уже в кабинете Хорста, где мы остались втроем, в то время как остальные прибывшие разошлись обустраиваться по комнатам.
Хорст озадаченно посмотрел на Вюста и хотел что-то возразить, но Вюст, нахмурившись, продолжил:
— Они будут подчиняться напрямую рейхсфюреру. Таково его указание. Более того, доступ в помещения, где будет работать Раух, должен осуществляться только с его разрешения.
— Черт, Вальтер! То, о чем идет речь, неразрывно связано с проектом «Атлантида», руководителем которого я являюсь. Все это должно изучаться как единое целое. Мы уже добились ощутимых успехов в… — Хорст запнулся. — Или мне не доверяют?
— Нет, Герман, нет, — попытался успокоить его Вюст. — Просто нельзя объять необъятное. Рейхсфюрер просто хочет немного разгрузить тебя. Доктор Раух — хороший специалист. Тебе не о чем беспокоиться.
— И в чем же он специалист?
— Генетика и медицина, — кратко пояснил Вюст.
Хорст заложил руки за спину и с недовольным видом уставился в окно:
— Что-то я о нем ничего не слышал.
— Он давно работает под личным руководством рейхсфюрера. Его работы не афишируются. Даже я о нем ничего не знаю.
— Именно это меня и настораживает, — зло сказал группенфюрер.
— Вы сможете сосредоточить силы на исследовании вооружения древней расы. Рейхсфюрер недоволен отсутствием реального результата в этом вопросе.
Хорст промолчал, продолжая смотреть в окно. Вюст встал рядом с ним, и несколько минут они вместе обозревали панораму Нового Берлина. Наконец, не поворачивая головы, Вюст негромко сказал:
— Полет «Молоха» к Альдебарану должен состояться независимо от результатов дальнейших испытаний «Врил» и «Ханебу». К концу марта экипаж необходимо окончательно сформировать и подготовить к полету. Положение на фронте тяжелое, и рейху нужен качественный прорыв в технологии вооружения. При этом надо учитывать, что на разработку и разворачивание производства времени может не хватить. Необходимы готовые действующие образцы. Мы в кольце врагов, обладающих огромными людскими ресурсами. Вся экономика Советского Союза сейчас работает на войну. Великобритания и США вопреки нашим ожиданиям все активнее помогают Сталину. — Вюст сделал паузу и снова продолжил, уже развернувшись лицом ко мне: — «Молох» должен привлечь на нашу сторону мощного союзника или вернуться с оружием, обеспечивающим безоговорочное подчинение любого противника. Кстати, рейхсфюрер хотел бы видеть в составе экипажа штурмбаннфюрера фон Рейна.
— Я готов, — сдерживая волнение, выпрямил спину я.
— А что же «атомный проект», Вальтер? — спросил Хорст.
— В последнее время он вызывает сомнения у руководства рейха — последствия применения ядерного оружия делают территорию врага непригодной к эксплуатации, а также возможен эффект бумеранга. Работы по нему будут продолжены в обычном порядке на территории Германии. Здесь же, в «Новой Швабии», необходимо сосредоточиться на раскрытии тайн Атлантиды и подготовке к полету. Работы на рудниках будут приостановлены, а контингент лагеря перенацелен на работы по расширению города. Что же касается остатков добытого урана, то погрузим его на один из «Ханебу» и отправим в Германию.
— Перелет «Ханебу» в Германию? — поднял бровь группенфюрер.
— Но ведь согласно вашим же докладам все три аппарата уже готовы к эксплуатации.
— Да, конечно. Но окончательная отработка навыков пилотирования таким видом летательных аппаратов диктует необходимость проведения еще целого ряда испытательных полетов на небольшие расстояния. Также требуется доводка и регулировка многих второстепенных узлов и агрегатов, — хмуро заметил Хорст.
— Рейхсфюрер уверен, что у вас в распоряжении лучшие пилоты Люфтваффе. Один лишь Мольке чего стоит. Настоящий ас. После завтрашних испытаний, а я надеюсь, что они пройдут успешно, надо выбрать конкретный аппарат и определиться с экипажем. Я убываю через неделю. Хотелось бы увидеть старт диска с грузом на борту.
Хорст начал набивать трубку.
