Большинство воинов были людьми Уркзимди, но несколько представителей других кланов также предоставили своих бойцов. Йим попыталась сосчитать солдат, но было темно, и она вскоре сдалась. По ее мнению, их число исчислялось сотнями, а не тысячами. Кара поднялась раньше всех, взяла кувшин с элем и стала бродить среди мужчин, чтобы наполнить их чаши. Когда кувшин опустошался, ей приносили другой, и так она кружила среди солдат почти весь пир. Кронин с гордостью наблюдал за жестами сестры, а когда она наконец вернулась к холодной еде, сказал:
– Каждый мужчина запомнит, как ты почтила его сегодня.
На протяжении всей трапезы Хонус не сводил взгляда с круга солдат. Некоторые мужчины стояли там, силуэты в угасающем свете. Глаза Хонуса не отрывались от них, и по его настороженности Йим догадался, что они показались ему подозрительными. Когда Кара и ее компания поднялись, чтобы вернуться в зал, Хонус остался рядом с Йим. Как только она оказалась в зале, он обратился к ней.
– Йим, ты сделаешь для меня кое-что?
– Конечно.
– Завтра, когда будешь махать на прощание, сделай это со стены. И впредь, пожалуйста, не отступай от ее защиты.
– Ты что-то видел за ужином, не так ли? – спросила Йим.
– Тебя это беспокоит?
– Что ты видел?
– Людей, которые хотели причинить вам зло.
– Было темно. Как ты мог узнать?
– Я Сарф и умею читать взгляды человека.
Йим погладила лицо Хонуса, уверенная в том, о чем он думает.
– Я буду в безопасности, Хонус. Я буду здесь, когда ты вернешься.
Прикосновение к Хонусу быстро перешло в поцелуй, и Йим пришлось бороться с нарастающей страстью, чтобы отстраниться. Она стояла и смотрела на него, ее сердце колотилось.
– Ты мой возлюбленный. И всегда будешь им.
Затем, чувствуя, что находится на самом краю пропасти, она отступила. Йим отступила, повернулась и побежала в комнату Кары. Когда она пришла, там было пусто. Йим бросилась на кровать и разразилась рыданиями.
На рассвете Йим смотрела через стену поместья на войска, собравшиеся за деревней. Она поднялась еще до рассвета, но обнаружила, что Хонус уже присоединился к солдатам. Помня о своем обещании не выходить за стены, она не пошла к Хонусу, хотя и испытывала сильное искушение пренебречь его предупреждением.
Вскоре после этого войска отправились в путь. Казалось, все в зале и в деревне собрались, чтобы посмотреть, как они уходят. Кара и управляющий клана стояли впереди толпы, состоявшей в основном из женщин, детей и немощных мужчин. Единственные выносливые мужчины составляли гарнизон, оставленный Кронином, и беженцы, отказавшиеся сражаться. Йим заметила, что некоторые из них не обращают внимания на солдат и наблюдают за ней. От их взглядов ей стало не по себе, и она забеспокоилась, не оказала ли она Каре услугу, оставшись в стороне.
Йим смотрела, как длинная вереница людей и вьючных животных медленно движется по северной дороге, проходит между двумя невысокими горами, направляется на запад и исчезает из виду. Хотя Хонус шел с Кронином во главе колонны, Йим не спускался со стены, пока последний человек не скрылся из виду. К тому времени люди уже возвращались в зал. Атмосфера была мрачной и тревожной, но в то же время хаотичной, поскольку Кара пригласила многих жителей деревни поселиться в безопасном месте, в обнесенном стеной поместье. Здесь были и плачущие дети, и их измученные матери, и больные, и немощные. Кара занималась обустройством стольких гостей, а Йим с удовольствием помогала ей, успокаивая расстроенных. Управляющий в этом деле не помогал. Его беспокойство расстраивало тех, кого он пытался успокоить, и Йим чувствовала, что он не одобряет всю эту затею.
Уже поздно вечером в доме воцарилось некое подобие порядка, и Йим не прекращала работу до вечерней трапезы. Это было многолюдное мероприятие, проходившее в банкетном зале. В зале было шумно и многолюдно, даже за высоким столом было тесно. Йим сидела справа от Кары, на почетном месте, а Родрик – слева от матери клана. Ужин состоял из урезанной порции каши, смешанной с несколькими кусочками соленой баранины и вареными кореньями, которые давали больше вкуса, чем сытности. Эль был в основном водой.
На протяжении всей трапезы Йим замечала, что Родрик избегает смотреть на нее. Во время их ограниченного общения он всегда был чопорно вежлив, но у Йим сложилось впечатление, что она ему неприятна. В этот вечер она почувствовала, что его неприязнь переросла во вражду. Когда трапеза закончилась и она отправилась спать вместе с Карой, Йим предложила ей вернуть Родрику почетное место за столом.
