– Кто бы сомневался в ней с этим Сарфом на буксире, – сказал Дайджен. Он печально покачал головой. – Она умна. Более того, она уже практиковала подобные шалости.
– Где?
– Я знаю один случай среди долбанцев, – сказал Дайджен. – Она прибыла в холд как образец благочестия и мира, подружилась со всеми и завоевала их доверие. А когда все они были околдованы, она впустила своих единомышленников. Дом был разграблен, а семья вырезана.
– Но это место – изолированный холдинг, – сказал Родрик.
Дайжен взглянул в глаза управляющего и направил его мысли в нужное ему русло, разжигая негодование Родрика и одновременно усиливая его страх.
– Нет, – сказал он, – твой клановый зал – куда более значительная награда, да еще и с чужаками, расположившимися вокруг него лагерем.
На лице стюарда отразилась тревога.
– Я предупреждал об этом Мать клана!
– Но она не послушала, я полагаю, – заметил Дайджен. Он тяжело вздохнул. – Молодые головотяпки часто бывают слепы к опасности.
Затем он добавил будничным тоном:
– Когда она кормила тех нищих на днях, с ней была Йим?
– Да, была. Мать клана не обращает на меня внимания, а Йим пробирается все глубже. Она уже спит в покоях матери клана.
– Запомни мои слова. Скоро Йим получит ее в свое распоряжение, – сказал Дайджен. – Мать вашего клана попала в ловушку, как и тот Сарф. Надежды на нее мало.
– Ты сказал мало, но не сказал ничего.
– Ты не можешь уберечь своего вождя от глупостей, ибо власть Йим слишком сильна, – сказал Дайджен. – И все же Йим обрела свою долю врагов. Если бы они смогли добраться до нее, самозванка предстала бы перед судом.
Он пожал плечами.
– Но Йим в безопасности в твоем зале.
– Эти враги, – сказал Родрик. – Их обида направлена исключительно против Йим?
– Да, только на нее.
– Значит, они не причинят вреда никому другому?
– Все, чего они хотят, – это справедливости и спасения других от козней Йим.
Родрик на мгновение задумался.
– В зале есть потайной ход.
– И ты откроешь им его секрет?
– Нет, но я впущу их, чтобы они могли найти того, кого ищут.
– Уркзимди повезло, что ты стал их управителем, и когда заклятие Йим будет снято, мать твоего клана тоже узнает об этом.
– Тогда давай сделаем это поскорее, – сказал Родрик.
– Думаю, Йим станет менее осторожной, когда войска уйдут. Вот тогда-то и стоит нанести удар.
***
Хонус провел день с Кронином и его штабом, обсуждая стратегию и логистику. Ему уже доводилось сражаться вместе с генералом, так что роль была привычной. Только ему довелось столкнуться с Бахлом в бою, и каждый человек внимательно следил за тем, что он говорил. Это были мрачные разговоры, но Хонус видел надежду в плане Кронина и тратил свое время на уточнение его деталей. Уже поздно вечером собрание закончилось, и Хонус отправился на поиски Йим.
Вместо него его нашла Кара.
– Хонус, на пару слов.
– Да, Мать клана. Что ты желаешь?
– О, Хонус, зови меня Карой. И я хочу поговорить с тобой наедине. Пойдем.
Она привела Хонуса в пыльную комнату под карнизом, заставленную сундуками и старинной мебелью. Единственное свободное место было перед мансардой, и они стояли там. Из окна открывался вид на деревню и поля за ней, которые сейчас были заполнены беженцами. Кара недолго смотрела на это зрелище, а затем крепко обняла Хонуса.
– О, Хонус! Позаботься о брате. На этот раз я действительно боюсь за него.
– Я бы сделал это и без твоей просьбы, – ответил Хонус. – Теперь я буду вдвойне бдителен.
– Отличный оборот речи. Весьма элегантно для тебя, Хонус. Я знаю, что ты говоришь это, чтобы поднять мне настроение, и, наверное, так оно и есть. Но есть ли у нас шанс, Хонус? Скажи мне, есть ли вообще хоть какая-то надежда?
– Немного. Мы не идем на верную смерть. Если мы хотим остановить вторжение, то Врата Тора – самое подходящее место для этого.
Кара вздохнула.
– Так говорит брат. Если ты согласна, то я уверена, что он прав. Но это так ужасно, когда тебя оставляют ждать и надеяться. И я знаю, что Йим будет несчастна, когда ты уедешь, но, черт возьми, она несчастна, когда ты здесь! Если любовь делает тебя таким несчастным, я лучше забуду о ней.
– Йим отличается от других женщин, – сказал Хонус. – У Карм на нее свои планы.
– Я знаю, – сказала Кара. – Вот это да! Какие-то планы! Она рассказала мне о том, что стала Избранной, когда мы только познакомились. Я не понимала этого тогда и не понимаю сейчас.
– Некоторые вещи недоступны нашему пониманию.
– Это точно!
Хонус схватил Кару за руку.
– Защищай ее, пока меня не будет. У Йим своя судьба, и я верю, что ее судьба может затмить все наши дела.
Кара вгляделась в лицо Хонуса. У нее всегда был талант видеть под его татуировками, и Хонус не сомневался, что она уловила глубину его любви.
– Клянусь Карм, я буду присматривать за Йим, – сказала Кара, сделав Знак Равновесия. – Она будет мне как сестра.
– Тогда мое сердце успокоится.
Взгляд Кары переместился на поле за деревней. К нему направлялась еще одна потрепанная группа.
– Опять беженцы! Как они переживут зиму? И как мы?
– Думаю, наши беды закончатся раньше, – ответил Хонус. – К добру или к худу.
* * *
