Кроме того, при выстраивании новой системы сдержек и противовесов – Горбачев допустил несколько грубых ошибок. В парламентской республике – чаще всего лидером исполнительной власти является не президент, а председатель Кабмина, причем он сам, как и весь кабмин – избирается от лица победившей на выборах партии, и тем самым гарантирует себе поддержку парламента. Горбачев же ввел пост президента, с достаточно широкими полномочиями, но избираемого парламентом (в первый раз, но не факт что это не укоренилось бы), при этом достаточно независимого от парламента и его воли. При этом он оставил и пост премьер-министра, причем не представляющего победившую на выборах политическую партию и с довольно широкими полномочиями. Сам же Горбачев опирался в своей политике не на победившую на выборах в советский парламент КПСС – а скорее на демократическую оппозицию, при этом номинально сохраняя пост главы КПСС. Подобного рода система нивелировала все преимущества парламентской модели (автоматическое отсутствие конфликта между исполнительной и законодательной властями), но сохраняла все ее недостатки (популизм). Кроме того, такая система была внутренне неустойчивой и автоматически создавала конфликты между всеми ее участниками. В том числе и внутри исполнительной ветви власти. До поры эти конфликты сдерживались т. н. «партийной дисциплиной», но к 1991 голу недовольство таким положением дел дошло до точки кипения, и встал вопрос о снятии Горбачева М.С. с поста генерального секретаря ЦК КПСС.
К сожалению, советские государственные и партийные лидеры, десятилетиями жившие в обстановке беззакония выбрали незаконный способ смещения Горбачева – путч. Хотя был и легальный способ – собрать чрезвычайный съезд КПСС и на нем отстранить Горбачева от поста генерального секретаря. После чего выбрать нового и приступить к давлению на власть, используя возможности конституции, в частности потребовать смены премьер-министра на лицо, представляющее партию парламентского большинства и проводящее ее курс. Однако, вместо этого решили совершить переворот.
Так вот. В таких условиях неизбежным спутником парламентской деятельности является оголтелый популизм. А следствие оголтелого популизма – необеспеченные расходы и в конечном итоге – новые инфляционные витки. Это все сполна хлебнула уже Россия в 1992-93. Украина все девяностые. Назарбаев фактически на тот момент отстранил парламент, правя с помощью чрезвычайных указов, имеющих силу закона – наверное, поэтому Казахстан провел реформы успешнее и быстрее чем Россия или Украина.
Так что первой рекомендацией – должно было бы быть хотя бы временное отстранение от работы парламента и сосредоточение власти в одних руках. Хотя бы на время начального этапа реформ.
2. Теневая экономика.
Теневая экономика к концу восьмидесятых достигла, по крайней мере, на потребительском рынке таких размеров, что была вполне сравнима с официальной. Так что в случае с СССР – суть реформы заключалась не в создании рыночной экономики с нуля, а с легализации уже существующей в подполье рыночной экономики со всеми ее атрибутами и болячками. И в попытке как то совместить умирающую официальную экономику с теневой, которая де-факто становится официальной.
Вообще, по факту автор этих строк ни в одной из программ реформирования не видел ни честного анализа, что представляет из себя советская теневая экономика, ни анализа рисков при вывода ее из тени на свет. Если бы этот анализ был – то многих страшных вещей в девяностые можно было бы или избежать или значительно их ослабить.
Родовыми чертами советской теневой экономики были
