Парень, оказавшийся рядом, вскинул голову, весело рассмеялся и бросился её обнимать. Опешив, Рыска даже не сразу сообразила, кто это.
— Ты Рыска! Рыска! — повторял он. — Дочь наставника! — он крепко, от избытка эмоций, обнял девушку. — Я так рад, что у тебя получилось! — добавил он.
У парня был сильный саврянский акцент. По-ринтарски он говорил чуть понятнее Тамеля.
— Я тоже за тебя рада, — мягко отстраняясь, с улыбкой произнесла Рыска. — Но… я считала, что ты ринтарец, — почему-то вдруг подумалось о такой незначительной мелочи: о том, что у её случайного товарища темные волосы и саврянский акцент… Да какая ей разница?
— Хочешь пойти со мной? — зачем-то спросила она. Хотя, оставаться, а тем более, напиваться, одной желания и в самом деле нет.
— Куда?
— В кормильню, — просто сказала она. Странно, на душе не было ни горя, ни сожаления. Только облегчение. И радость. Не о чем жалеть: все знали, на что идут. Их предупреждали в самом начале…
И когда она стала такой циничной?
— Время за полночь, — с сожалением пожал плечами парень, — все кормильни уже закрыты.
— Нет, я знаю круглосуточные забегаловки, — возразила девушка.
Может, это как болевой шок? Не сразу понятно, что больно? Скорее всего, так. Поэтому, срочно принять анестезию!
— У меня денег нет, — печально признался парень. — Только на дорогу до дома.
— Я угощаю, — Рыска потрясла кошельком.
— Отец дал? — догадался парень.
— Да. Пошли скорее.
— А он тебе правда отец?
Сладко защемило сердце.
— Правда, — соврала она. Какая теперь, к Сашию, разница?
Прошло не меньше трёх лучин. Они уже посидели немного в одной кормильне, перебрались в другую и незаметно перешли на саврянский язык, когда Рыска вдруг спросила спутника:
— А как тебя зовут?
Парень разинул рот.
— А ты этого не знаешь? За семь лет? Мы же учились вместе…
— У меня плохая память на имена, — вновь соврала она. Врать было весело!
— Странно… — пожал плечами парень, но всё же представился. — Янек. Можно просто Ян.
— Что-то ты на саврянина совсем не похож, — заметила Рыска.
— А я только наполовину, — словоохотливо пояснил он. — У меня отец саврянин был, а мама — ринтарка. Он её в войну с собой забрал. А я весь в маму уродился, чуть-чуть только светлее.
Рыска присмотрелась к парню внимательнее, отметив в итоге, что в самом деле, волосы у него не чёрные, а тёмно-каштановые. И глаза — светло-карие. Вот почему бы ей такой же было не родиться?
— Отец дворянин был, а мама — весчанка, — продолжал Ян, радуясь благодарной слушательнице…
— Подожди, — перебила девушка. — А родители отца на их свадьбу разве согласились? — спросила она.
— Конечно! Им мама сразу понравилась. Она у меня очень хорошая!
Рыска лишь кивнула. Вот везёт же некоторым!
— А косы твои где? — скорее, пошутила она.
Темноволосого парня она с косами не представляла. Пожалуй, это было бы курам на смех. Но Ян неожиданно серьёзно ответил:
— Отрезал, как только в Ринтар перебрался. Здесь это по-дурацки смотрится.
Уж куда как по-дурацки… Каждому, видимо, своё. Алька, например, без кос и представить невозможно…
Тьфу ты, ну почему она опять думает о нём?!
— А почему ты в Ринтаре учился? Отец был против? — тряхнув головой и прогоняя непрошенные воспоминания, спросила Рыска.
— Не-ет! — возразил Ян. — Он сам меня сюда отправил, чтобы я овладевал языком и изучал традиции предков.
— А почему отец — был? — задала она риторический вопрос.
— Так умер, — печально ответил парень. — Два года назад. Жаль, сейчас очень обрадовался бы…
Рыска лишь головой покачала. Есть ведь на земле и другие пути: и полукровки, рождённые от браков по любви, и родители, не препятствующие желаниям своих детей… И союзы между дворянином и весчанкой.
Но она почему-то попала на эту дорогу, где одни только «нет» и «нельзя».
Да вздор это всё! Зато она теперь — путница! И что за мысли лезли в голову? От страха, не иначе. Подожди, Пресветлая Хольга, я к тебе пока не собираюсь!
— А ты тоже наполовину саврянка? У тебя мама оттуда, да? — спросил теперь Ян.
— Да, конечно, — снова соврала Рыска, прихлёбывая варенуху. Простое вино ей не нравилось, да и трясло слегка после пережитого, хотелось согреться — так она и сделала, выпив три кружки кряду.
— И поэтому ты так хорошо знаешь наш язык? Она тебя учила?
— Да, — опять с улыбкой кивнула Рыска. Наврать с три короба, пусть обалдеет. Тем более, больше они не увидятся, это точно.
— А почему ты Тамеля в мужья выбрала? — перешёл Ян на более серьезную тему. — Он же… — он замялся, подбирая слово, чтоб и отразить суть, и не обидеть, — вообще никакой, — дал он наконец определение. — Других, что ли, не было? — он подсел поближе к девушке.
— Тебя, что ли? — повернула она к нему голову, раздумывая, стукнуть ли его сразу или нет? Однако немного рассмотрела и решила: да, он, пожалуй, ничего. Мало ли, чем закончится вечер…
— Ну хотя бы!
— Не получилось бы.
— Почему?
— Потому что ты косички отрезал, — полушутливо объяснила она. — Я косички плести люблю!
— И вышла за Тамеля из-за ЭТОГО?
— Ну да, — снова улыбнулась Рыска и уткнулась в свою кружку. — А я, кстати, тоже скоро косички отрежу!
— Зачем? — парень аж подскочил.
