— Твоя мама телефон мне твой не давала, потому что ты была уже замужем. А я винил себя, что не проявил тогда, в юности, настойчивости. Сдался, а мог бы еще побороться за твое внимание. Сдаваться было нельзя, нужно было сменить тактику… Сначала были обиды, потом злость одолевала. Думал, что смогу пережить, забыть, найти другую, которая примет. Да, у меня есть сын. Но любил ли я его мать? Не знаю. Теперь точно не знаю. Я думал, что разлюбил тебя уже, в конце концов. Столько времени прошло. Жил уже более или менее спокойно. Но вдруг ты появляешься у меня перед глазами. И я понял… Понял, что нет, я не разлюбил тебя, Марина.
Он отстранился, прикоснулся к ее щекам своими теплыми ладонями и заглянул через глаза прямо в душу.
— Марина, я по-прежнему тебя люблю. Не знаю, нужно ли тебе это сейчас или нет, но ты должна это знать.
Слезы текли из ее глаз, а она не верила своему счастью.
— Стас, миленький, пожалуйста, прости меня! Мне нужно, мне очень это нужно! Я многое поняла, правда! Я тоже тебя люблю! Мне очень хочется быть с тобой, но я столько страданий тебе причинила!
— Значит, теперь тебе нужно причинить мне счастье! — улыбнулся он.
Марина засмеялась и сквозь слезы повторила: — Стас, прости меня!
— За что, Марин? Ты ни в чем не виновата.
Марина нашла адрес Иры, и они со Стасом поехали к ней домой. За спиной выросли крылья, Марина чувствовала себя счастливой, несмотря на то, что прочие житейские обстоятельства были тревожными и неопределенными. Самое главное — она нашла опору, смотрела на мужчину и наполнялась энергией от его улыбки, от влюбленного взгляда. Ей сложно было поверить в свою ценность для кого-то, да еще и такую, что ее можно любить всю жизнь. А оказывается, это так. Она всегда была для него сокровищем, что бы ни происходило, ни снаружи, ни в душе.
Она думала, что сейчас ее не сходящая с губ улыбка выглядит нелепо, но ей было все равно. Наконец-то самое важное для нее прояснилось, и она могла расслабиться.
Когда они почти подошли к нужному подъезду, то заметили мужчину с большой спортивной сумкой, который открывал дверь своим магнитным ключом. Он был очень угрюмым и показался Марине знакомым.
— Сможем зайти за ним? — спросила Марина.
Стас решительно кивнул, его что-то обеспокоило, и он присматривался к мужчине. Тот прошмыгнул в подъезд, а Стас немного подождал и подскочил к двери за секунду до того, как магнит запрет дверь. Они тоже успели войти и услышали в тишине подъезда шаги: мужчина продвигался все выше и выше. Стас и Марина бесшумно следовали за ним. И вот раздался звонок в дверь. Стас взял Марину за руку, и они тихо поднялись на площадку перед пятым этажом. Тот, кто зашел перед ними, звонил в квартиру. Щелкнул замок, и Марина услышала знакомый голос.
— Давай, давай, заходи скорее! — быстро проговорила открывшая дверь женщина.
— Это Ира! — прошептала Марина Стасу.
И он в два прыжка оказался у двери.
— Позвольте, и мы войдем.
Стас метнулся и силой открыл двери, чтобы пройти в квартиру. Ошарашенная Ира не понимала, что происходит и что Марина со Стасом здесь делают. А мужчина попробовал выбежать, но Стас толкнул его обратно. Марина испугалась, но от Стаса веяло уверенностью и надежностью.
— Вы кто такие? — грубо спросил мужчина.
— Это ты кто такой? Мы к Ире. Ира, ты куда пропала? Вышла позвонить, а мы тебя потеряли. Ему звонила? Вы, молодой человек, очень похожи на одну ориентировку, которую составили со слов моего сына.
— Не думала, что вы домой ко мне заявитесь, — разочарованно проговорила Ира.
Мужчина кинулся к окну. Стас в два прыжка оказался возле него и одернул назад.
— Стой, дурень, куда ты, пятый этаж!
Стас швырнул его в угол, тот неловко упал и застонал.
— Куда собрался-то? Это ты на фото? — Стас показал ориентировку мужчине, которую быстро достал из кармана.
— Откуда я знаю? — отвернулся тот.
Марина все это время стояла, прижавшись к двери, чтобы Ира не смогла выбежать.
— Ириш, ты чего исчезла-то? — спросила она.
Ира поникла.
— Это брат мой, — запнувшись, сказала она.
— И это он на ориентировке, да?
— Да.
Стас тем временем уже позвонил следователю, затем продолжил:
— Вы, товарищ, шибанули моего сына так, что он попал в реанимацию. Скажи спасибо, что жив остался. Тебя и дружка твоего все равно бы нашли, но разговоров бы не было. Братец, значит? — Он посмотрел на Иру.
Она опустила голову и кивнула.
— Зачем старика похитили? Ладно, следователи разберутся, — не дождался он ответа.
— Ты его предупредила, да? — спросила Марина, и слова прозвучали с ноткой сожаления, ей и впрямь стало жалко Иру.
— Да, услышала, как ты в ресторане сказала, что у друга Олега будет обыск. Конечно, я поняла, у какого друга. У других его приятелей обыски уже прошли.
— А мы подумали, мало ли что с тобой случилось, решили поехать домой к тебе. Надо же, как удачно…
— Слишком заботливые.
— Ну извини, какие уж есть. Может, расскажете нам, где Олег с Эрнестом Петровичем, или уже полицию дождетесь?
— Без адвоката ничего не говори! — крикнул мужчина, который до сих пор лежал на полу, держась за ногу и скривившись от боли.
